Купер спустил рукав, не касаясь листка пальцами, поднял его и положил его в конверт. Визитер был в перчатках, но вдруг сохранились отпечатки? Ева знает, где можно провести экспертизу. И даже если Комиссия предпочитает окончательно закрыть дело Шона Фаррелла, для кого-то оно явно представляет очень большой интерес.
Мусоровоз со скрежетом остановился возле коттеджа. Ева услышала, как тяжелые шаги протопали по дорожке. Раздался стук крышек мусорных баков, потом мужской голос крикнул что-то на непонятном языке напарнику. Снова шаги, и грузовик поехал дальше.
Сквозь щелочку в занавесках Ева определила, что на улице только-только начинает светать. Она поднесла руку к лицу и посмотрела на часы. Восемь с чем-то. Наверное, сейчас утро понедельника, предположила она, следующий после вечеринки день.
Она лежала на полу в спальне — упала, когда попыталась встать с кровати. На ней ничего не было, одеяло перекрутилось вокруг тела, оставляя замерзать руки и ноги. Голова все еще кружилась, но намного меньше по сравнению с тем, что она чувствовала несколько часов назад. Дурь, которой ее накачали, постепенно выветривалась.
Ева рывком села и накинула одеяло на плечи. Вокруг по ковру была разбросана ее одежда. Сумочка лежала на стуле. Интересно, кто ее туда положил? Последнее, что она помнила, как ее разговор с Гэвином в конце вечеринки прервался внезапной тошнотой и головокружением. С некоторым усилием она сообразила, что, должно быть, прошло часов пятнадцать — семнадцать.
Все это время в голове крутились кошмары. Картины, которые хотелось бы забыть, всплывали из глубин мозга. Голоса, крики, сухой треск выстрелов, паника, бегущие люди, удушье… Оживали убитые животные на разделочном столе мясника, ползли по влажной земле, ломая ногти, два мальчугана в пижамах, потом вдруг все воспламенилось и превратилось в пепел… Взрыв, в воздухе запахло горелым.
В клубящемся тумане образов она увидела, как бледное лицо женщины превратилось в лицо неизвестного ей мужчины, затем мужчина сменился скелетом в плаще с капюшоном. Образы пульсировали и растекались, как чернила, разбрызганные по маслянистой воде. Она увидела лицо другого мужчины… Длинные волосы, глубоко посаженные глумливые глаза… Мелькнуло улыбающееся лицо Гарри, обеспокоенное лицо Гэвина и того человека, с которым она разговаривала на вечеринке, кажется, он был ветеринаром… Потом Стюарт Уэйд… Дэймон Уэйд… Лица, сменяя друг друга, кружились в ее голове. В какой-то момент она почувствовала, как чья-то рука закрыла ей глаза и чьи-то губы прижались к ее губам… Чей-то язык проник ей в рот, рука заскользила между бедер. Кто-то сжал ей запястья, на нее навалилось сильное мускулистое тело и придавило так, что она не могла дышать. Кто-то обращался с ее руками и ногами, как хотел, крутил ее тело, переворачивал на спину, а потом на живот, как тряпичную куклу. Тело, однако, было нечувствительным к прикосновениям. Ей казалось, что это вовсе не ее тело, что сама она отстраненно парит, глядя вниз откуда-то из другого места. Она умерла? Это какое-то видение ада?
Ева все еще чувствовала остатки паранойи, которую вызывают наркотики, но она точно знала, что произошло. Глубоко дыша, попыталась изгнать из сознания захлестнувшие его образы.
Ее изнасиловали, но в ярость впадать бессмысленно. Это ни к чему не приведет. Нужно взять себя в руки и сосредоточиться на том, что следует сделать. Если они думают, что она сломается и уедет, они ошибаются. Когда теряешь все, что имеет для тебя значение, уже не о чем заботиться и нечего бояться.
Вытирая слезы, она попыталась восстановить цепочку событий прошедшего дня, представляя каждое свое действие с того момента, как пришла на вечеринку, и до того, как почувствовала себя плохо. Большинство так называемых наркотиков для изнасилования действовали быстро, обычно в течение двадцати — тридцати минут, а то и меньше. Их легко добавить в еду или питье и, как правило, невозможно обнаружить, что тебя накачали, пока не станет слишком поздно. За обедом она несколько раз оставляла свой стакан без присмотра на столе, в последний раз, когда Гарри повел ее познакомиться со Стюартом Уэйдом и его сыном. Уэйд отправил Дэймона за безалкогольным напитком, и официант принес полный стакан. Все произошло очень быстро, почти на ее глазах, но это ничего не значило. Обращаться в полицию она не будет. Что они могут сделать? Она понятия не имела, кто ее изнасиловал. На вечеринке было полно мужчин, и коллеги посмеялись бы над ней, если б она сказала, что это как-то связано с делом Шона Фаррелла.
Кроме того, она не хотела, чтобы о том, чем она занимается в Марлборо, стало известно в MPS. Она точно знает, что нужно делать, и может это сделать сама, если соберется с силами.
Скорее всего, препарат — какое-то мощное седативное средство с психотропными свойствами — все еще в ее крови, но ей нужно собраться с силами и не терять времени.
