Прошел примерно год с тех пор, как Кфир побывал в Баку. Проблема кадров в посольстве все еще не была решена, и к нему вновь обратились с предложением поработать там некоторое время. Кфир не сомневался, что если бы он заикнулся в министерстве о работе, то сразу же получил бы предложение вернуться. Им обладали смешанные чувства. С одной стороны, было ясно, что на данный момент для них двоих нет места в их фирме. С другой стороны, уход, даже временный, мог показаться Жене предательством. Однако краткосрочная командировка всех устраивала, и Кфир дал согласие.
Он вновь вернулся в свою сказку и стал важной персоной, однако на сей раз эта метаморфоза не подействовала на него как прежде. Положение дома беспокоило, а пребывание в сказке уже не волновало. Несмотря на это, Кфир добросовестно принялся за работу.
Атташе все время пытался уговорить Кфира съездить на север в город Огуз, куда его приглашали. Кфиру не очень этого хотелось, но в какой-то момент он согласился. Они выехали очень рано, даже не позавтракав. К восьми утра уже были на Ахсунском перевале. Невозможно передать красоту этих мест! Воздух в горах просто опьянял.
Филипп (атташе) сказал, что на перевале надо позавтракать. Нашли в округе лишь одну подозрительную забегаловку, у входа в которую, как принято в этих краях, висела половина туши барана. Как и следовало ожидать, в этой забегаловке ничего кроме шашлыка не было. Кушать мясное на завтрак Кфир не хотел, но Филипп настаивал. Примерно через полчаса подали еду. Они сидели во дворике, откуда постепенно прояснялся вид вниз на просыпающуюся долину. Кфир уже был опьянен воздухом и не спеша проявляющимся из тумана пейзажем. Было холодно. Филипп принес из машины заботливо приготовленную им бутылку водки. По-видимому, подъем на столь непривычную для них высоту как-то действовал на них, жителей равнины. Смешно подумать, но там, в горах, Кфир с удовольствием ел на завтрак шашлык… с водкой, даже не думая об утреннем кофе. Это странная картина сохранилась в его памяти как часть восточной культурной метаморфозы.
Поездка прошла интересно. Переночевав у знакомых Филиппа, на следующее утро в шесть часов они тронулись в обратный путь. Был сильный туман. Видимость не достигала и десяти метров. Узкая извилистая горная дорога, проходящая по краю пропасти, была очень опасна. Шофер, любивший полихачить, то и дело пытался набрать скорость, за что Кфир на него сразу же злобно шикал. Филипп спал на заднем сидении. Кфира тоже клонило ко сну, но он боялся за шофера.
Видя, что Бен-Гай время от времени клюет носом, шофер сказал:
– Не бойся. Можешь спать. Вон, видишь перед нами машина?
Метрах в десяти перед ними кроме огней и блеклых очертаний ничего не было видно.
– Вижу.
– Так вот, я их не собираюсь обгонять, а они едут достаточно медленно.
– Хорошо, – ответил Кфир, однако небольшой диалог с шофером взбодрил его, и сон прошел.
Дорога извивалась, и после очередного поворота габаритных огней уже не было видно.
– Куда они провалились? – спросил Кфир, сам испугавшись своего вопроса. Осознав произнесенную фразу, он окончательно проснулся. Огни пропали после последнего поворота, и, желая разобраться в том, что происходит, он ничем не выразил своего недовольства, когда шофер вновь увеличил скорость. Огней не было.
– А ну-ка давай назад, к повороту! – сказал Кфир, сам не понимая своей инициативы. К тому времени Филипп уже проснулся и понял в чем дело.
Вернувшись к повороту, они с Филиппом вышли из машины и немного спустились вниз по откосу, выйдя из тумана. На дне откоса, на глубине около пятнадцати метров, вверх колесами лежал бледно-голубой «Москвич». Повернувшись назад, Бен-Гай крикнул шоферу, чтобы тот останавливал машины и просил о помощи. Филипп уже приближался к машине, а Кфир застрял, зацепившись за колючки какого-то куста. Когда он добрался до машины, пожилая женщина уже сидела недалеко на камнях, держась за голову и охая, а Филипп пытался вытащить мужчину, который, по-видимому, пострадал больше. Пренебрегая всеми правилами первой помощи, касающимися позвоночника, они вытащили старика и положили в стороне подальше от машины, которая могла в любой момент воспламениться.
Пока Филипп пытался забинтовать старику окровавленную голову, шофер, сбросивший коробку с медикаментами, сообщил, что одна машина уже поехала за помощью. Наверху начали собираться люди из проезжающих машин. Один из них оказался врачом. Кфир возмутило, что он сверху кричит, давая советы.
– Врача вниз! – крикнул он, обращаясь непонятно к кому, удивляясь внезапно обнаруженному у себя командному голосу. Врач сразу же повиновался.
Скорая помощь приехала минут через пятнадцать, а еще минут через десять какой-то внедорожник подъехал к ним по известной лишь местным жителям горной тропе. На этом их миссия завершилась. Остальная часть дороги прошла без происшествий. Филипп потом звонил в больницу узнать о своих пациентах, не забыв при этом упомянуть, кто он и откуда. Кфир не стал журить его за этот маленький пиар. Как выяснилось, оба не сильно пострадали.
