— «Генрих, Генрих, Генрих». — Крутилось в голове Эмили. Было сложно отойти от тошнотворного состояния, но эта мысль и его имя, не покидало ее. Она не собиралась ни с кем пока что это обсуждать. Организм и психика не позволяли.
Полицейские связывались с кем-то по телефонам, что-то бурно обсуждали между собой, брали доли порошка для экспертизы. Врачи носились туда, сюда, из машины были слышны нервные разговоры. — Не довезем! Надо сейчас что-то предпринимать!
Эти слова пугали. Фил очень многое еще должен им рассказать, нельзя было его потерять.
— Ты как? — Голос Сетта заставил Эмили вздрогнуть, но немного привел в себя.
Она лишь опустила взгляд и покачала головой. Разговаривать никому не хотелось. Все дружеские голоса затихли, в ожидании вердикта врачей. По лицам было видно, что все еще раз прокручивали эту встречу в голове, переживая ее повторно. И этого было невозможно избежать. Слишком тяжело, слишком отвратительно, слишком страшно.
Пульс не замедлялся ни на один удар, с того момента. Как они увидели Фила. В горле стоял ком, угрожающе намереваясь выдать весь завтрак наружу. Пальцы рук сводило. Такое состояние было почти у всех. Сетт был единственным, кто более-менее держался со спокойным, но очень серьезным видом.
Около минут двадцати они все вместе простояли у машины, но затем не выдержали и уселись на траву. Теперь она не казалось зеленой и мягкой, как прежде. Лишь влажной и колючей.
Из скорой некоторое время доносились всхлипы, выкрики, звуки рвоты. Спустя час такой обстановки, терпеть уже было невозможно, но неожиданно и там настала тишина. Неизвестно чего ожидать. Что произошло? Почему вдруг стало так тихо?
Все одновременно подняли головы, когда один из врачей вышел к ним на улицу. Его мрачное лицо, запачканная одежда и выдохшейся вид говорили сами за себя. — У парня передоз.
— Это мы поняли. — Скептически ответил Зак, поднимая голову на мужчину в халате.
Сетт привстал с травы, пытаясь заглянуть в машину через открытую дверь. — Какое у него сейчас состояние?
Врач обвел взглядом всех еще раз, а после сказал то, что все так боялись услышать. — Никакое. Он умер от действия наркотика. Мне жаль, мы сделали все, что могли.
Подавленное состояние шока. Такое вообще бывает? В любом случае, сейчас оно окружало всех. Расходиться по номерам никто не решился, поэтому они все вместе были в номере Эмили и Сетта. Сидели они не вместе, как это было обычно, а наоборот. Зак устроился на стуле, Сая предпочла лежать на полу, разглядывая потолок, Сетт стоял у окна, а Эмили сжалась, сидя на мягком диване.
«Он умер от действия наркотиков». Слова словно мантра звучали в мыслях, не давая спокойствию вернуться. Тишина торжествовала уже какой час. Было слишком сильное потрясение, чтобы способность к разговорам так быстро вернулась. Весь номер заполнился траурной атмосферой, все стало в разы хуже.
Эмили вспоминала слова Фила и уже продумывала разные варианты их значения. Догадки приходили одна за другой, сменяя страшные воспоминания о смерти от передоза.
Наконец тишину прервало хоть что-то. Это был звонок Рина. Сетт ответил, подавая признаки жизни. — Алло?
Они долго о чем-то говорили. Уставшее лицо Сетта уже мало что отображало, но суть разговора и так была ясна.
Через пару минут они попрощались и Сетт обратился ко всем. — Рин хочет, чтобы мы рассказали, все, что произошло там. Зак, ты пойдешь со мной, вдруг я упущу, что-нибудь важное. Дамы сердца, останетесь в номере, вам только этого еще не хватало. — Даже после всего, что они пережили за последние несколько часов, Сетт умудрялся оставаться спокойным и успокаивать других сладкими речами. Сколько же сил на это нужно? Невозможно представить.
Эмили переглянулась с ним и лишь покорно опустила голову. Наверное, в другой день, ей стало бы тепло на сердце от очередных милых прозвищ, но не сегодня, не сейчас.
Парни ушли, Сая с Эмили остались одни в номере. Еще долгое время девушки даже не разговаривали, переваривая ужас в своей голове.
Все-таки Эмили не смогла больше умалчивать, ей нужно было обсудить случившееся хоть с кем-нибудь. — Фил говорил про Генриха.
— Это тот самый ублюдок? — Сая хоть и нехотя, но поддержала разговор. Сидеть в тишине вечно было нереально.
— Да. Думаю, история не закончилась. Возможно Фил был не тем, за кого мы его приняли.
— А возможно все намного запутаннее. — Сая поднялась с пола и начала расхаживать по комнате.
Эмили не двигалась. Полностью сжатая, она оставалась на диване, с пустым взглядом в пол. — Знаешь, я так устала от всего этого. Когда я покидала рынок с Грэмом, я думала это и будет началом моего светлого, а главное счастливого будущего. А оно не получилось. — По щекам начали стекать слезы. Прозрачные капли пробежались вниз по щекам, оставляя соленый след.
Сая слушала подругу и понимала, что именно Эмили, сейчас тяжелее всех. Увидев поблескивание слез на ее лице, она присела рядом и положила одну руку на плечо подруги. — Не реви. Все будет хорошо, мы справляемся со всем уже давно, все вместе. И с этим отстоем тоже справимся.
