35. Бутков П. Г. Нечто к «Слову о полку Игоря». «Вестник Европы», ч. CXXI. Спб., 1821, ноябрь.
36. Помяловский И. Сборник греческих и латинских надписей Кавказа. Спб., 1881.
37. Пчел и на Е. Г. Греко-славянские эпиграфические памятники на Северном Кавказе. В кн.: Археологический ежегодник АН СССР за 1959 г. М., 1960.
38. Кузнецов В. А., Медынцева А. А. Славяно-русская надпись XI в. из с. Преградного на Северном Кавказе. КС ИА, вып. 144, 1975.
39. Плетнева С. А. Глиняный ритон из Корчева и бронзовая личина из Тмутаракани. СА, 1987, 1.
40. Карсанов А. Н. Донецкие аланы на рубеже XI–XII вв. В кн.: Методика исследования и интерпретация археологических материалов Северного Кавказа, Орджоникидзе, 1988.
41. Бутков П. О браках князей русских с грузинками и ясынями в XII в. «Северный архив», 1825, IV.
42. Абаев В. И. Осетинский язык и фольклор, 1. М. — Л., 1949.
43. История и восхваление венценосцев. Тбилиси, 1954.
44. ПСРЛ. т. II, вып. 1, II, 1923
45. Кучкин В. А. К биографии Александра Невского. В кн.: Древнейшие государства на территории СССР. М., «Наука», 1986.
46. Добро домов И. Г. Об аланизмах в русском языке. В кн.: Осетинская филология (межвузовский сборник статей), вып. 2. Орджоникидзе, 1981.
47. Репников Н. И. О древностях Тмутаракани. ТСА РАНИОН. т. IV. 1929.
Выше мы почти не касались социально-экономической истории алан, изученной еще не достаточно и весьма не равномерно. Не говоря вновь о кочевых и полукочевых племенах сираков, аорсов, языгов, роксолан и других поздних сарматов, переживавших период разложения родового строя, обратимся к внутренней истории алан Северного Кавказа — основной их территории после гуннского нашествия. Рассматривать все существующие материалы по этой обширной теме здесь нет возможности, и мы остановимся лишь на некоторых ее аспектах, дающих общее и в то же время достаточно конкретное представление о северокавказской Алании и ее структуре.
Прежде всего коснемся вопроса о границах Алании. Он сложен, ибо территория аланского этноса и территория политического объединения Алания не совпадали, они были подвижны, политически не стабильны и менялись во времени в зависимости от обстоятельств. Источники чрезвычайно скупы и. позволяют в комплексе с археологическими памятниками и пока еще очень слабо изученной топонимикой (а она имеет существенное значение) наметить лишь приблизительную схему пространственного размещения Алании.
Наиболее ранний источник по интересующему нас вопросу — авторитетный византийский историк VI в. Прокопий Кесарийский так характеризует пределы страны алан: «Всю эту страну, которая простирается от Кавказа до Каспийских ворот, занимают аланы» (1, с. 381). Сведения Прокопия достаточно туманны. В самом деле, если «Каспийские ворота» Прокопия — это Дарьяльский проход (2, с. 10, 46), то что следует понимать под «Кавказом», от которого он начинает свой отсчет? «В приведенном определении Прокопия территории алан нет указания на ее размеры, так как указан собственно только один географический пункт, наиболее известный в области, которую занимали аланы», — пишет по этому поводу Ю. А. Кулаковский (2, с. 46–47). Ю. С. Гаглойти в «Кавказе» Прокопия видит Эльбрус (3, с. 136.), но это отождествление возможно, но не доказуемо. Спорной нам кажется и вторая географическая веха Прокопия — «Каспийские ворота». Отсюда вытекает, что к востоку от Дарьяльского прохода алан не было. Этому, однако, противоречит другой автор VI в. сириец Захария Ритор, помещающий алан к северу от Каспийских ворот — Дербента (4, с. 83) рядом с болгарами: «За воротами (живут) булгары со (своим) языком, народ языческий и варварский, у них есть города, и аланы, у них пять городов» (5, с. 165). В этой связи будет уместно напомнить рассказ Иоанна Эфесского (VI в.) о заселении болгарами страны алан Барсалии и города Каспий, что мы упоминали выше. Обитание алан к востоку от Дарьяльского прохода в VI–XII вв. нам представляется несомненным. Мы еще вернемся к этому вопросу.
