В 568 г. Саросий вновь оказал помощь византийцам, когда их посольство во главе с Земархом возвращалось из Тюркского каганата в Византию. Персы выслали четырехтысячный отряд на р. Кофин (Кубань? — В. К.), чтобы захватить посольство Земарха и воспрепятствовать союзу Тюркского каганата и Византии, но правитель племени угуров Дизавул предупредил греков о засаде. Миновав ее, последние прибыли в Аланию. «Владетель» этой страны Саросий принял посольство Земарха и сопровождавших его тюрок после того, как те сдали оружие. «Князь аланский предупредил Земарха, чтобы он не ехал по дороге Миндимианов, потому что близ Суании (Свании. — В. К.) находились в засаде персы. Он советовал римлянам возвратиться домой по дороге, называемой Даринской», — рассказывает Менандр (23, с. 383–384). В качестве «отвлекающего маневра» Земарх послал 10 носильщиков с шелком по дороге миндимианов (мисимиан), а сам благополучно прошел по Даринскому пути и прибыл в Рогаторий в Апсилии — Абхазии, а оттуда на корабле в Фазис и далее — в Трапезунд. Р. Хенниг удачно реконструирует маршрут посольства Земарха и одновременно трассу пути, связывавшего Византию с Тюркским каганатом и соответствовавшего трассе «Великого шелкового пути»: от Трапезунда до Фазис (р. Риони. — В. К.), через Кавказский хребет на Кубань, затем вдоль северных берегов Каспийского моря к Аралу, по Сыр-Дарье в Согдиану и далее — на Алтай, (24, с. 91). Видимо, этот путь был традиционным.
Нет сомнения в том, что во всех описанных эпизодах фигурирует та часть алан, которая жила в Верхнем Прикубанье, в верховьях и предгорьях рек Кубань, Теберда, Аксаут, Маруха, Большой Зеленчук, Большая и Малая Лаба, Уруп. Саросий возглавлял именно этих, кубанских алан, имевших прямые выходы в Абхазию и Лазику. Последняя же находилась под византийским протекторатом до середины XI в. (25, с. 47, рис. 3). В сношениях алан с Византией Абхазия и Лазика играли роль промежуточной территории или исходного плацдарма.
Установив к середине VI в. прочные союзнические отношения с аланами Кубани, Константинополь приступил к идеологическому оформлению этих отношений через насаждение христианства. Армянский историк Р. А. Габриелян считает, что первыми алан с христианством познакомили армяне в V–VI вв. и пишет: «Христианская миссия армян на Северном Кавказе продолжалась и в VII в.» (26, с. 60), причем эта религия проникала через Дарьяльский проход (26, с. 62). Основным центром распространения христианства была Армения, а Византия и Грузия в этот процесс включились после VII в. (26, с. 63). Но приводимые Р. А. Габриелян доводы представляются недостаточно убедительными, ибо в указанное время Армения сама находилась под влиянием Византии. Наиболее достоверные сведения о проникновении христианства к аланам относятся к VII в., и они связаны не с Арменией, а с Византией. Имеем в виду события и документы, относящиеся к ссылке на Кавказ Максима Исповедника в 662 г. (27, с. 25–36). Мы подробнее остановимся на этом ниже — в главе о христианстве.
На оформление прочных отношений между аланами и Византией в VII в. указывают некоторые мусульманские источники. Так, Ибн ал-Асир под 662/663 гг. сообщает о столкновении арабов со своими противниками: «Мусульмане совершили поход как против аланов, так и против румов (византийцев. — В. К.), обратили их в страшное бегство и убили несколько их батриков» (патрициев. — В. К., 28, с. 22). Комментируя эти события, А. В. Гадло отмечает: «Несмотря на поражение, аланы продолжали оказывать арабам сопротивление, и Византия по-прежнему рассчитывала на них в своей борьбе с арабами в Закавказье» (15, с. 167).
Гуннам-савирам и Тюркскому каганату наследовали хазары и Хазарский каганат, охвативший северокавказскую степь от Северного Дагестана до Восточного Приазовья и Крыма. Уже в VII в. каганат стал самым мощным государственным образованием в регионе и вступил в союзнические отношения с Константинополем. Безусловно, с самого начала хазарское правительство попыталось вовлечь алан в сферу своего влияния и сделать их вассалами. Однако Византия не желала уступать позиции, завоеванные ею в дохазарское время. До середины VIII в. это удавалось: западные (кубанские) аланы продолжали ориентироваться на империю. Не прекратились денежные субсидии аланам. В начале VIII в., по рассказу Феофана Исповедника, император Юстиниан II послал в Аланию спафария Льва «с деньгами, чтобы поднять аланов против абасгов». В то время в Иберии, Лазике и Абасгии господствовали арабы, и, возможно, абасги попытались их поддерживать против византийцев. В результате интриг деньги у Льва были украдены, но тем не менее «аланы, приняв спафария со всякими почестями и послушавшись его речей, напали на Абасгию и полонили ее». Владетель абасгов, в свою очередь, попытался подкупить алан, чтобы те ныдали Льва, но аланы ответили: «Не ради денег послушались мы спафария, но из любви к василевсу».
