На этом фоне Византия в начале X в. приступила к христианизации алан, что было актом большого государственного значения, ибо принятие «варварской» страной христианской религии означало политическое влияние и культурное воздействие со стороны империи. Массовая христианизация должна была идеологически закрепить и обосновать союз Алании и Византии, сделав обе стороны единоверными. Одновременно христианизация алан означала ухудшение отношений с хазарами.
Миссионерская деятельность греков началась в первое патриаршего Николая Мистика (901–907 гг.) и продолжалась и во второе его патриаршество до 925 г. (36). Судя по письмам патриарха, активное участие в этом принял владетель Абхазии, принявший христианство и VI в. при императоре Юстиниане I. Более обстоятельно мы рассмотрим эти вопросы в специальной главе ниже. Сейчас отметим, что дать процессу христианизации алан однозначную оценку невозможно: с одной стороны, правящие верхи страны и их ближайшее окружение были крещены, учреждена Аланская митрополия, началось церковное строительство, с другой стороны, совершенно очевидно, что внедрение христианства и народных массах встретило сопротивление и не пустило в них глубоких, корней. Традиционное язычество было потеснено, но не побеждено.
Благодаря христианизации и усилению своего влияния, Византии удалось толкнуть Аланию. против хазар. Имеем в виду алано-хазарскую войну 932 г., кратко упомянутую Масуди (37, с. 204) и проигранную аланами. Как свидетельствуют Масуди и «Кембриджский документ» X в., «в дни царя Аарона воевал царь аланский против хазар, потому что подстрекнул его греческий царь» (38, с. 117). Упомянутый «греческий царь» — император Роман Лакапин. После поражения алан в 932 г. Роман Лакапин организует столкновение хазар с Русью, которое имело место в Крыму (32, с. 22–26). Причина этого столкновения, по Ю. Д. Бруцкусу, состоит в том, что после гонений на евреев в Византии хазары начали ответные гонения на христиан. В контексте данных событий делается понятным сообщение Масуди, что после поражения 932 г. аланы «отреклись от христианства и прогнали епископов и священников, которых византийский император раньше им прислал» (37, с. 204). Греческий клир был удален из Алании по требованию хазар.
Но, судя по всему, изгнание христианского духовенства было недолгим. Очень скоро Византия восстановила утраченные позиции. Была восстановлена и церковная организация. На это, в частности, указывает как продолжающееся церковное строительство в прикубанской Алании, так и типикон (устав. — В. К.) патриарха Сисиния II (995–998 гг.) монастырю св. Епифания в Керасунте, по которому этот малоазийский монастырь обязывался доставлять вино и сыр митрополиту Алании во время его поездок в Константинополь (39, с. 92–101). Из этого документа стано- вится ясно, что к концу X в. аланская церковная организация была прочной и в основном состояла из греков.
Известно несколько имен аланских митрополитов: Петр, Николай, Климент, Евстратий, Феодор, Лаврентий, Симеон, Каллист (Ю. А. Кулаковский насчитывал девять митрополитов, 36, с. 13. С. Н. Малахов их число увеличил до 21 (65). Все имена греческие. Конечно, это не означает, что все аланские иерархи были греками. Ю. А. Кулаковский имел основание епископа Феодора считать аланом (36, с. 58; 40, с. 12). Возможно, что были и другие иерархи аланского происхождения, но никаких сведений в источниках об этом нет. Во всяком случае именник аланских митрополитов вновь свидетельствует о прочных греко-византийских связях Аланской епархии.
О том же говорят и сохранившиеся сведения о переписке Константинополя с Аланией. Согласно уже упоминавшимся «Церемониям Византииского двора» аланским властителям посылались грамоты с золотой печатью в два солида. Следовательно, в Алании эти грамоты могли читать и отвечать на них, что предполагает знание греческого языка и наличие переводчиков. Послание аланского епископа Феодора патриарху Герману II дает основание думать, что переписка шла и по конфессиональным каналам и что до нас дошли лишь жалкие обрывки этой переписки.
Значение Алании в системе подчиненных Константинополю епархий отмечено фактами неоднократного присоединения к ней соседних епархий. Так, в нотициях времени Андроника Палеолога говорится, что по хрисовулу императора Алексея Комнина (1180–1183 гг.) и акту Синода Алания была соединена с архиепископством Сотириуполя, но вследствие «смут» они были разъединены. Причина объединения указана в акте 114 Константинопольской патриархии от 1347 г.: Сотириупольская «определена состоять навсегда кафедрой Аланского архиерея, так как митрополия сия не имеет собственной архиерейской кафедры по той причине, что народ ее пастушеский» (41, с. 447). В том же 1347 г. с Аланией была соединена митрополия Вичины — Бичвинты в Абхазии (42, с. 610).
