И действительно, дело сразу же пошло. Сначала издали переведенный и существенно переработанный Семеновым каталог какой-то зарубежной технической фирмы, затем вышел справочник по энергетике, и, наконец, увидел свет учебник по той самой «лженауке», название которой еще некоторое время назад произносилось осторожно: «кибернетика».
Денег в семье прибавилось, удалось вступить в жилищный кооператив и купить уютную, «дешевую», по нынешним временам, двухкомнатную квартиру. По иронии судьбы Семеновы свили свое новое семейное гнездо в двух шагах от станции метро «Семеновская».
Первенец Семена Марковича, Илья, окончил институт и начал «лить монету» — работать инженером на Московском монетном дворе. На младшего, Виктора, обратил внимание известный театральный режиссер Юрий Любимов и пригласил в труппу Театра на Таганке.
Казалось бы, все хорошо и все встало на свои места.
— Семен, а почему бы тебе не написать письмо руководителям твоего старого ведомства и не попросить у них вполне заслуженную тобой пенсию? Времена произвола прошли. Чего стесняться? — часто спрашивали бывшего разведчика его близкие друзья. Но Семенов не хотел ничего просить.
— Ты что, Ротшильд? — настаивали однокашники по институту.
И Семенов наконец сдался. Сдался, пожалуй, первый раз в жизни. Он отправил письмо на Лубянку, в кадры КГБ. Месяца через три пришел официальный отказ. И тут Семен Маркович впервые ощутил боль в груди. Сердце!..
В больнице добрые люди подсказали: «А ты напиши лично Андропову. Может быть, он поможет?»
И опять бывший разведчик скромно напомнил о себе, что так, мол, и так, долгие годы верой и правдой служил Отечеству, досрочно уволен и оставлен без пенсии.
Через некоторое время плотный пакет с пенсионными документами и удостоверением оказался у Семена Марковича. Из документов следовало, что ему установлена персональная пенсия республиканского значения.
Однако годы брали свое. Здоровье не улучшалось. Семен Маркович ушел из котельной и полностью переключился на технические переводы. Через некоторое время стал одним из лучших переводчиков Москвы. По ночам он, однако, часто думал о днях давно минувших, вспоминал детали операций, в которых когда-то принимал участие. Агентурная разведка была его истинным призванием.
… В конце 1995 года Служба внешней разведки России готовилась торжественно отметить свой 75-летний юбилей. Подразделениям разведки было предложено рассказать «для истории» о наиболее интересных фактах и сведениях о бойцах «невидимого фронта», имена которых, по мнению современников, не нашли пока достойного отражения на стендах Кабинета истории разведки. Снова подняли старые дела, навели справки в архивах, поговорили с ветеранами-разведчиками. Вот тогда и вспомнили о большом труженике Семенове. На стенде лучших сотрудников научно-технической разведки впервые появился портрет скромного одессита Семена Марковича Семенова, для которого профессия разведчика являлась призванием всей его жизни.
— Недавно узнал, что наш нелегальный разведчик работал иностранным послом за границей.
— Неужели нового Штирлица придумали?
— Нет, говорили о самом настоящем после.
— Такого быть не может. Такого не может быть никогда.
Штаб-квартира Службы внешней разведки на окраине Москвы. Просторное помещение отведено Кабинету истории службы — с начала ее основания в 1920 году до относительно недавних времен. Представленные материалы демонстрируются по всем правилам музейного искусства: на стендах — многочисленные фото мужчин и женщин, разведчиков разных поколений, даны краткие пояснения их заслуг. Безукоризненный шрифт, изящно оформленные застекленные стеллажи, где помещены подлинники документов, ордена, медали, грамоты и другие экспонаты.
В зале № 3 посетитель обязательно обратит внимание на выставленную здесь серию оригинальных латиноамериканских документов: чилийское удостоверение личности для иностранца, выдано в Сантьяго в 1945 году; аналогичное бразильское удостоверение, выдано в Рио-де-Жанейро в 1946 году; дипломатический паспорт, выписанный в декабре 1951 года министерством иностранных дел одной из центральноамериканских республик первому секретарю дипломатической миссии этой страны в Италии. Фотокарточки на всех документах, хотя они были сделаны в разное время, явно запечатлели одно и то же лицо. Имя везде одинаковое. И если вы спросите сопровождающего вас работника Кабинета истории: «Что бы это значило?», он, вероятнее всего, скромно заметит: «Уникальный случай в истории нашей разведки. Коротко не расскажешь…»
Действительно, здесь требуется обстоятельное повествование. Постараемся в краткой форме сделать это, опираясь на реально имевшие место события, подтверждаемые архивными документами разведслужб.