В среднем один метеор получается за 100 часов экспозиции (конечно, не на одной, а на многих пластинках) в безлунные ночи с обычным (т. е. небольшим) числом падающих звезд, если применяется одна камера типа «Турист». В августе, когда много падающих звезд вылетает из созвездия Персея, один сфотографированный метеор приходится в среднем на 5 часов экспозиции.
Нашлось бы у вас терпение фотографировать метеоры? У многих любителей астрономии из Московского отделения Всесоюзного астрономо-геодезического общества это терпение нашлось, и они были за него вознаграждены рядом прекрасных и ценных фотографий. Между тем в сравнении с терпением вооружение «ловца метеоров» может быть очень скромным — один или лучше несколько обычных фотоаппаратов типа «Турист» или «Фотокор» и запас пластинок.
Если перед фотокамерой поставить призму, какая применяется в спектрографах, то вместо фотографии яркого метеора получится фотография его спектра. Ширина спектра будет определяться видимой длиной пути метеора по небу.
Фотографировать спектры метеоров еще труднее или, вернее, требуется еще больше удачи и времени, чем для обычного фотографирования, потому что свет метеора, растянутый в спектр, да еще поглощенный в призме, — гораздо слабее. С. Н. Блажко получил еще в 1908 и 1914 гг. спектры нескольких метеоров и подробно исследовал их. Новые спектры метеоров удалось получить только за последние годы, причем совместными усилиями всех астрономов мира, занявшихся этим делом; к настоящему времени удалось набрать не очень-то много таких спектрограмм.
Что же оказалось? На основании спектров метеоров — как бы их «паспортов» — выяснилось, что одни из них состоят из каменистых веществ, другие — из железа с примесью никеля. Но как раз такими оказываются и метеориты. Некоторые из них — это камни, которые лишь специалист может отличить от обычных земных пород. Другие же состоят из чистого железа с примесью никеля и притом в такой пропорции, которая в самородном железе не встречается. От искусственно выплавленного железа они отличаются необычайно крупной кристаллизацией, о чем, впрочем, мы еще будем говорить. Изредка метеориты попадаются как бы в виде железной губки, поры которой заполнены каменистой массой. Это — железокаменные метеориты.
Мелкие частички, — будем их называть камешками, хотя многие из них железные, — производящие явление метеоров, или падающих звезд, часто несутся большими роями. Между тем более крупные тела
несутся в пространстве и падают на Землю одиночками и во всяком случае не в компании с метеорами. Они как бы не желают знаться с мелочью, и наблюдаемые иногда звездные дожди, целые потоки метеоров, вовсе не сопровождаются учащением падения метеоритов. Это наводит на мысль, что хотя состав метеоров и метеоритов одинаков, но происхождение их может быть различным.
Звездные дожди и ливни отмечались не раз, хотя и редко.
Первый из них, описанный научно, наблюдался в ноябре 1799 г. В ноябре же 1833 г. (12-го числа) подобный дождь метеоров наблюдался ночью по всей Земле. Звезды падали как хлопья снега в зимнюю метель, и зачастую один зритель за секунду замечал до 20 метеоров. Сколько же их падало по всему небу, которое не мог видеть сразу один наблюдатель! Впрочем, такрш подсчеты делались не раз. Один наблюдатель, более или менее зоркий, может уследить за площадью неба диаметром около 60 градусов. Так как метеоры светятся на высоте порядка 80 км над Землей, то обозреваемая нашим наблюдателем на этой высоте площадь атмосферы составляет около 5000 км2. Но ведь поверхность всей атмосферы в 100 000 раз больше. В среднюю безлунную ночь, когда нет метеорного дождя, наблюдатель замечает за час на своем участке неба около десятка метеоров, следовательно, за сутки над всей Землей в атмосфере можно было бы насчитать 24 миллиона метеоров.
