Вот и замаячили впереди знакомые буквы – “Город-курорт Анапа”. Вспоминаем, что в прошлом году, этот знак не подсвечивался. Ждем другого, монументального, непосредственно на въезде в город. А вот собственно и он. Объезжаем город стороной и уходим сразу в сторону местного аэропорта. Дорога стала гораздо ровнее. Огни Анапы остались левее. Черная лента асфальта убегает в ночную тьму. На горизонте, с правой стороны периодически видны сполохи. Где-то видимо, бушует гроза. Проехали магазинчик, в котором в прошлом году покупали воду. Решили зарулить на местную заправку, 35.80 за литр 92-го бензина на местной против 39.20 на ЛУКОЙЛе. Почувствуйте разницу, как говорится. Может бензин какой-нибудь чеченский, из просверленной в трубе дырки на ближайшем НПЗ, или еще какой, но я уже говорил год назад, для кого пишу. Если у Вас Бентли или Ламборджини, то Вам не сюда. Здесь – для нормальных людей. Без понтов и звездных заёбов. Все – таки, УАЗ – Патриот это Вам почти танк, а не прочая, изнеженная цивилизацией херня. Это – дикий зверь и бензин за 35.80 он ест с таким же превосходным аппетитом, и в том же количестве, впрочем, как и Лукойловский, Шелловский, Газпромовский и любой другой. Заправились и полетели дальше. Правее оставили огни аэродрома Витязево. Или аэропорта города Анапы. Он от трассы в километре, буквально и прекрасно просматривается. Разноцветные огоньки летного поля прекрасно просматриваются сквозь деревья. Запросил по рации обстановку на Керченской переправе. Рация ответила чьим – то одиноким голосом, что все работает в штатном режиме. Поблагодарил неизвестного друга и, уже успокоенный, поехал, навстречу грозовым вспышкам в ночи, навстречу родному берегу. Переправа встретила нас непривычной пустотой. Словно уже готовится к вводу в строй Крымского моста. До того, как пересеклись с дорогой на Темрюк и Краснодар, бросилось в глаза, что по сравнению с прошлым годом, машин было если не на порядок, то гораздо меньше. После Т-образного перекрестка с дорогой на Краснодар, машин немного поприбавилось, но все равно, их было мало. Населенный пункт с красивым и необычным названием Батарейка. Ориентир. А вот и накопитель. Площадка – пустая! Нет прошлогодней суеты. Хоть кричи “Ау!” Записанный на магнитный носитель женский голос, монотонно оповещает одиночных водителей, не взявших электронный билет о соблюдении необходимых формальностей при оформлении проездных документов. Возле въезда образовалась небольшая очередь, разделившаяся на несколько рукавов, ведущих к будкам, в которых сидели полусонные чуваки, проверявшие электронные билеты и оформлявшие чеки. Оформление требовало некоторого времени, необходимого для того, чтобы компьютер понял, что от него хотят, а аппарат, напоминающий кассовый, отпечатал и выплюнул чек. Чувак, сидящий в будке, выдал мне три чека и голосом автоответчика сказал ехать прямо, на выезд и налево. Вот и все! И никаких очередей. Далее, мы понеслись по пустой косе Чушка ко второму накопителю, на паспортный контроль и посадку. Промчались практически в одиночестве, через железнодорожный переезд, на котором встряли в прошлом году. Возле второй площадки снова немного постояли, пока досматривали впередиидущие машины. Вышедшая из будки несколько мужиковатая тетка, которой не хватало реденьких усов над верхней губой, кожаной куртки, галифе, сапог, папиросы во рту и маузера в кобуре, голосом, не предусматривающим возражений, попросила предъявить паспорта, открыть багажник. А затем, будучи облаянной нашей собакой, ткнула пальцем в одну из сумок и попросила пропустить ее через рамку. Рамка равнодушно промолчала, просветив содержание нашей поклажи, а сумка была помещена на свое место. Нам определили место на снова полупустой площадке накопителя, перед посадкой на паром. У причала стояли два парома. В один запихивали автобусы и наших соседей по площадке, а со второго выезжали грузовики. Едва успел умыть лицо и руки в зале ожидания, как на место покинувших брюхо парома грузовиков, стали запихивать нас. Низкие машины запихивали в трюм, высокие остались на свежем воздухе. Паром “Протопулос – 4″ принял нас на свою палубу. Через некоторое время паром отвалил от причала, а мы поднялись на верхнюю палубу. Уже начало понемногу светать. В той стороне, откуда мы отправились, виднелся правильный пологий конус. Карта гласила, что там располагался грязевой вулкан с нежным названием Блевака. Нужно будет глянуть на обратном пути. Пролив ощутимо волновался, но паром резво шлепал к противоположному, уже родному, крымскому берегу. Проведя небольшую фотосессию на фоне разгорающегося дня и открывающегося пейзажа, мы покинули верхнюю палубу и спустились к машине, где страдал от неизвестности наш песик. Он, увидев нас, искренне обрадовался и приветливо замахал хвостом. За бортом проплывала панорама самой восточной точки Крыма – мыса Фонарь и Еникальского маяка на нем. Наконец, паром ткнулся носом в причал. Открылась аппарель и транспорт, под просьбу команды повеселее покидать палубу, потянулся к выезду на простор. На улице стало совсем светло. Шесть утра. Машина, немного задрожав корпусом на выезде с аппарели, въехала на родную крымскую землю. Порт – Крым. Вся дорога, от Ольгинки, до противоположного берега заняла примерно семь часов, не спеша. Мы на родине! Ура!
