Вместо того, чтобы ударить Джансиз, Акила резко наклонился и схватил ее за голову, стиснув ей подбородок, и потянул.
— А теперь послушай меня, ты, слепая сука! Если я узнаю, что ты лгала мне, я выдавлю твои глаза своими руками!
Джансиз застонала, но не произнесла ни слова. Акила с минуту изучал ее лицо, потом оттолкнул прямо под ноги Эгина. Служанка и суконщик молча стерпели его жестокость. Они в ужасе смотрели прямо перед собой.
— Узнаю, что кто-нибудь из вас предал меня — сразу убью, — пригрозил Акила.
И помчался прочь. Он бежал по замку, а в голове у него будто полыхали языки пламени. Он звал генерала Трагера. Безумный голос эхом отдавался во всех залах и коридорах.
Все утро Акила слонялся по Лайонкипу, ожидая вестей о Кассандре. Стражники продолжали прочесывать окрестности, но пока ничего не обнаружили. Генерал Трагер и его люди разъезжали по городу, надеясь наткнуться на какую-либо разгадку относительно пропажи королевы. Весь Лайонкип был объят ужасом. Доброе расположение духа покинуло Акилу, его место заняло ожидание беды. Все говорило о том, что Кассандры нет в живых. Акила предполагал, что она могла рискнуть жизнью, чтобы убежать от него, ибо вечная жизнь рядом с ним была для нее непереносима. Такие догадки причиняли особенно нестерпимую боль, ведь Акила считал, что всегда был добр к жене и давал ей все, что только может пожелать женщина. Единственное, чего он не даровал ей — это свободы, ибо это не входило в сферу его компетенции. Но зато он старался любить ее. Так где же она теперь?
Проходили часы, и переживания Акилы все ужесточались. Он бродил по балкону, глядя на город, пил вино стакан за стаканом, все больше впадая в пьяное оцепенение. Слуги на цыпочках сновали вокруг, предупреждая любое желание. Наконец, Акила утих. Он больше не сходил с ума и не выкрикивал угроз. Он тихо попивал вино из лучших запасов, ожидая вестей от Трагера. Где-то в городе лежит сейчас тело Кассандры, думал он, валяется в канаве, где ее застигла смерть от первого же взгляда случайного прохожего. Лучше бы она не мучилась перед смертью…
Надежда еще не совсем покинула его. Может быть, Кассандре удалось скрыться незамеченной. Она ведь, ко всему прочему, и сообразительна. Акила зажал кубок с вином в ладонях, моля Небо, чтобы его последняя идея оказалась верной.
— Милорд?
Голос вывел Акилу из оцепенения. Он обернулся и увидел двоих рыцарей-стражников, телохранителей Трагера. На их лицах было обычное бесстрастное выражение. В животе у Акилы болезненно сжалось.
— У вас есть новости? — слабым голосом спросил он.
— Милорд, мы кое-что обнаружили, — ответил один из них. — В яблоневом саду. Генерал Трагер послал за вами.
— И что вы нашли?
Рыцарь замешкался.
— Генерал просил привезти вас туда, милорд. Он полагает, вам лучше увидеть самому.
«Отлично, — подумал Акила, — Больше никаких вопросов». Ему действительно лучше удостовериться самому. Отбросив кубок с вином, он вскочил на ноги, слегка пошатываясь. В голове все плыло, но он мог удержаться на ногах.
— Везите меня туда.
Рыцари оседлали скакунов, поджидавших их во дворе, но для Акилы коня нашли не сразу. Конюхи были потрясены встречей с королем, ведь Акила-Призрак нечасто покидал стены замка. Однако один из дворцовых стражников предложил королю своего коня. Акила неловко взобрался на спину животному, его голова моталась из стороны в сторону. Рыцари поехали вперед, король за ними; его черный плащ волочился по земле. Король знал дорогу в сад, хотя и не был здесь много лет. По пути на него нахлынули черные воспоминания, о которых он предпочел бы забыть, они почти умерли в нем, задавленные темной стеной гнева. Именно в яблоневом саду Трагер когда-то обнаружил Кассандру. Она предавалась там любовным утехам вместе с Лукьеном.
Мозг Акилы заполнила черная пелена. Он заскрипел зубами, сжав челюсти до боли.
Лукьен.
Невероятно, но он явно видел сейчас его лицо. Он смотрел на Акилу с насмешкой.
— О Небо, — прошептал король. — Если это ты…
Прошло немало времени, прежде чем они достигли сада. Утренний туман давно рассеялся. Показались ровные ряды деревьев. Рыцари въехали в сад, приглашая Акилу следовать за собой. Впереди он увидел группу королевских гвардейцев, некоторые были на лошадях, другие стояли возле лошадей. В центре толпы находился Трагер. При виде Акилы бородатое лицо генерала скривилось. Странно, но он выглядел опечаленным. Акила готов был поклясться, что никогда прежде не видел подобного выражения на лице генерала.
— Милорд, — Трагер подозвал его поближе. Телохранители остановили своих коней. Акила тоже замедлил ход лошади, приближаясь к толпе с некоторой опаской. Он вдруг заметил, что люди образовали нечто вроде полумесяца, окружив кучу свежевырытой земли.
Сердце Акилы бешено застучало, и стук его, казалось, отзывается у него в ушах. Он остановил коня, и телохранители Трагера помогли ему спешиться. Внезапно он почувствовал, что не в силах двигаться. Эта куча земли — слишком уж напоминает могилу — манила его к себе и не пускала одновременно.
— Что это? — тихо спросил он.