Валли и Тэвин встретились с Эллой и Джейком у выхода из библиотеки и показали им длинный список Бенджаминов Хатчей.
– Черт, – сказала Элла, внимательно рассматривая список, – так много.
Валли достала свой новый мобильник.
– Панама сказал, что тут тысяча оплаченных минут.
Упоминание о Панаме напомнило Валли, что это именно он послал ее на Брайтон-Бич. Панама был так или иначе связан с большинством торговцев на черном рынке города, так что Валли решила как-нибудь расспросить его о том месте.
Компания направилась к банку, и оттуда ребята стали обзванивать всех Бенджаминов по списку, подключив зарядное устройство телефона к одной из розеток в банке. Они звонили по очереди, меняя стиль, зачитывали один и тот же текст, как операторы на телефоне: «Здравствуйте, могу я поговорить с Бенджамином Хатчем? Здравствуйте, мистер Хатч, я звоню по поручению вашего друга, Елены Маяковой. Нет? Сэр, вы когда-нибудь жили или работали в России или Советском Союзе? Алло?»
Так продолжалось целых три дня, не потому, что разговоры отнимали много времени, а потому, что многие бросали трубку, приходилось много раз перезванивать, что было уже на грани домогательства, а также из-за того, что снова и снова приходилось играть в телефонные кошки-мышки с абонентами из разных часовых поясов. В какой-то момент Валли пришлось идти в ближайший салон связи и покупать еще две тысячи минут. Она боролась с отчаянием – своим и своих друзей, а результата все не было.
В конце концов ни по одному номеру им не удалось найти того Бенджамина Хатча, который был им нужен.
– Дерьмо, – сказала Валли, когда они добрались до последнего имени в списке, Бена Хатча-мл. из Флагстаффа, Аризона. Он не знал Елену Маякову, никогда не выезжал из Аризоны, хотя и собирался это сделать, как только вырастет и сможет водить машину.
– Я поеду в обсерваторию Соммерс-Бауш в Колорадо, – сказал Бен-младший, девяти лет от роду. – Там есть двадцатичетырехдюймовый телескоп, и в него разрешают смотреть.
– Ого, – сказала потрясенная Элла. – Ты там во Флагстаффе на небо смотришь?
– Конечно, – сказал Бен. – У меня есть собственный телескоп, он меньше, чем в Соммерс-Бауш, но я много чего могу увидеть прямо во дворе дома.
– Круто, – сказала Элла.
В это время отец Бена, Бенджамин Хатч-старший, взял у сына трубку и сказал, что никогда не слышал о Елене Маяковой, а также никогда не был в России. Бен-младший попросил отца дать ему еще поболтать с Эллой, но Бен-старший сказал «нет» и повесил трубку. Этот звонок положил конец трехдневному труду, не давшему никаких зацепок и никаких сведений.
Ребята надели куртки, вышли из банка и направились прямиком в японскую забегаловку на 86-й улице, где увлеченно потратили очередную часть денег от продажи камня. Они съели свою лапшу молча, так как продолжали обдумывать другие способы разыскать Хатча.
Валли составила в уме краткий список людей, которые могли бы помочь ей в поисках, но только еще больше расстроилась, потому что каждый из них не подходил по тем или иным причинам. Первой была Клер, она умна и находчива, но она с ума сойдет, если узнает, что Валли ищет свою настоящую мать. Вторым человеком, о котором вспомнила Валли, была адвокат Клер, Натали Стен, самый спокойный и уравновешенный человек в жизни Клер, она наверняка была осведомлена обо всем. Но Клер обеспечивала Натали огромным количеством дел, связанных с недвижимостью, гарантируя ей высокий доход, а себе – ее преданность, так что Валли была уверена, что Натали скорее всего сдаст ее Клер.
Наконец Валли осенила идея, показавшаяся ей самым лучшим и при этом очевиднейшим решением. Она проглотила остатки лапши и перекинула сумку через плечо.
– Кажется, я кое-что придумала, – сказала она ребятам, и они были довольны тем, что на этот раз она уходит одна. Три дня пустой траты времени у телефона совершенно вымотали их.
