Валли побывала в двух старых прибежищах Ника на нижнем Ист-Сайде, но ушла ни с чем – два из них были наглухо заколочены, третье превратилось из старого захламленного промышленного склада в дорогой лофт. Она пошла по Авеню В, пересекла Ист-Хьюстон и направилась в последнее известное ей место, где можно было встретить Ника, – к станции метро на Эссекс-стрит.
С каждым шагом Валли все больше волновалась. Раз она до сих пор не нашла Ника, значит, найдет скорее всего уже под кайфом – к тому времени когда она с ребятами ушла от него, его пристрастие к наркотикам совершенно вышло из-под контроля, и до Валли доходили слухи, что с тех пор все стало еще хуже. Его настроение теперь полностью зависит от того, что он принял в этот день: крэк, героин, матамфетамин, оксикодон – вариантов много плюс ему могло попасться что-то еще.
В каком бы наркотическом состоянии он ни находился, Валли была уверена, что он все еще порядочно зол на нее. Это Ник втянул Валли в уличную жизнь, пригласил ее в свою компанию и научил большинству того, что ей было необходимо каждый день, чтобы выжить. Но в конце концов оказалось, что из них двоих самой сильной была Валли.
Они повстречались за полтора года до того и за несколько месяцев до ухода Валли из дома. Валли и Дариен, ее школьная подруга, прогуливали занятия и направлялись в сторону Нью-Йоркского университета, чтобы заглянуть там в пару клевых магазинов. Они купили буррито в продуктовом фургоне на Уэйверли и ели их на скамейке в парке, когда встретили Ника, раздававшего флаеры на вечеринку в Чайна-тауне.
Тогда Ник Пирс был красив: высокий и худой, с непослушными темными кудрями и веселыми зелеными глазами. Он был всего на несколько месяцев старше Валли, но казался доверчивым и беспокойным – и это делало его совершенно непохожим на мальчиков, знакомых Валли по школе.
– Приходите сегодня на рейв, леди, – сказал Ник, протягивая Валли и Дариен по флаеру, – и ваш мир закачается.
– Как закачается? – спросила Валли, стараясь не показывать своей заинтересованности. – Нам нужны подробности.
– Подробности такие, что если мы с друзьями раздадим пятьсот флаеров, то попадем в клуб бесплатно.
– А что там в клубе? – спросила Валли.
– Кому что, – ответил он, глядя ей в глаза. – Ты чего хочешь?
«М-м-м», – подумала Валли.
В тот вечер девочки так и не пошли на рейв-вечеринку, потому что Дариен была, по мнению Валли, трусихой. Но с того дня Валли регулярно посещала парки Вашингтон-сквер и Тромпкинс-сквер, чтобы встретиться с Ником и его друзьями – Софи, Джейком, Эллой и Тэвином, а также другими бездомными подростками. Общение с новыми друзьями было полной противоположностью сидению дома с Клер – расслабленность, веселье, неорганизованность, никто никого не осуждает и не наказывает. Валли решила остаться с ними, и это было первое в ее жизни самостоятельное решение. И она была довольна.
В течение полугода Валли жила дома, но все время проводила на улице с ребятами, а ее волнующие и яркие отношения с Ником продолжались месяц, может быть, два. Потом все изменилось.
Ник всегда курил много травы, но в какой-то момент он втайне от компании принялся за метамфетамин и почти сразу приобрел сильную зависимость. Чтобы оплачивать свою новую привычку, Ник начал втягивать ребят, особенно Софи, в рискованные дела, привлекая их к уличному мошенничеству и махинациям с наркотиками, что в конце концов непременно привело бы их за решетку, а то и куда похуже.
Сначала Валли просто наблюдала за тем, что происходит, не желая что-либо менять. Она чувствовала себя обязанной Нику тем, что он ввел ее в свою компанию и дал ей «уличное» образование, к тому моменту она была почти влюблена в него. Сначала всего этого было достаточно, чтобы молчать, но у терпения Валли были свои пределы. В какой-то момент она даже хотела оставить компанию и вернуться домой к Клер, но все обернулось иначе.
В один прекрасный день Валли увидела, как Ник дает Элле и Джейку трубку крэка, хотя они никогда не употребляли ничего крепче алкоголя и травы. Для Ника это был наилучший выход: если вся компания разделит с ним его привычки, она разделит и его безрассудство в попытке получить очередную дозу и будет готова идти на любую авантюру, чтобы заработать денег.
Валли пришла в бешенство. В ярости она буквально набросилась на Ника с кулаками. Ник, ослабленный наркотиками, не мог противостоять разгневанной Валли с ее владением боевыми искусствами, даже несмотря на разницу в росте и весе. Открытое неповиновение Валли заставило остальных ребят из компании выбирать между ней и Ником, и они без колебаний пошли за Валли.
– Завязывай и возвращайся к нам, – такими были последние слова Валли, обращенные к Нику. Ей это казалось великодушным.
– Да пошла ты, Валли, – ответил Ник, у него кровоточила губа, самолюбие же пострадало еще больше. – Ничего у тебя не выйдет.
Последние слова были сказаны без особой уверенности; Нику, как и всем остальным, было ясно, на что способна Валли, и с тех пор она каждый день доказывала это. За исключением Софи, Валли сумела уберечь от наркотиков всю команду, и с тех пор идея вернуться к жизни с Клер была прочно забыта.
