За дверью действительно оказался обычный городской чердак. Толстые, потемневшие от времени стропила, пол из грубых неструганых досок, груды мусора, на которые падал свет от уличных фонарей, проникающий через слуховые окна… и какой-то странный звук, напоминающий отдаленный рокот мотоциклетных моторов.
Надежда шагнула вперед, но воздух вокруг нее вдруг наполнился грохотом и воркующими звуками, и она попятилась, закрывая лицо.
На чердаке обитали сотни голубей. А может, даже тысячи. Испуганные вторжением человека, они взлетели и заметались в ограниченном пространстве чердака.
Через минуту птицы угомонились – одни вылетели наружу, другие успокоились и опустились на прежнее место. Женщины смогли оглядеться.
Чердак был большой и длинный. Наверное, он тянулся не на один дом, а как минимум на два. Значит, через него Виктор мог уйти в другое здание и раствориться в бесчисленных проходных дворах Васильевского острова.
Надежда с Лилей пошли вперед и вскоре увидели еще одну дверцу. Она была не заперта, и через нее они выбрались на площадку, откуда вниз вела очередная крутая лестница, на этот раз все же скупо освещенная лампочкой в железном наморднике.
– Ходим и ходим, – ворчала Лиля. – Достало уже – по этим лестницам ползать. Да еще воняет тут…
Пахло и правда не розами.
– Обычная черная лестница, какая в старых домах бывает, – бодрилась Надежда, хотя сильно подозревала, что никуда они по этой лестнице не придут, что Виктор исчез и вряд ли они его теперь найдут. Во всяком случае, она, Надежда, на его месте в эту «Кордегардию» больше не сунулась бы.
Однако спустившись ниже, они увидели очередную дверь – сильно обшарпанную, потертую, с кое-как прибитыми деревянными плашками. Надежда разлетелась было к ней со своей шпилькой, однако на полпути поняла, что ничего не выйдет. Дверь оказалась не простая, а с секретом. Да, плашки были прибиты кое-как, но под ними могла оказаться железная дверь или вообще бронированная. Сбоку торчала крошечная кнопка.
Лиля оттерла Надежду плечом и вознамерилась позвонить.
– Скажем, что Саблезубовых ищем и адресом ошиблись.
– Почему Саблезубовых? – удивилась Надежда.
– Потому что такой фамилии не бывает!
В эту минуту к Лиле метнулось что-то большое и оттащило ее в сторону.
– Назад! – жарким шепотом приказал давешний бомж Надежде. – Быстро назад!
Надежда Николаевна подчинилась, а Лиля, поначалу вознамерившись было царапаться и лягаться, отчего-то передумала и дала себя увести обратно на лестницу.
– Вот хорошо, что мы вас встретили! – обратилась Надежда к Виктору, или кем он там был на самом деле, но мужчина шикнул на нее и прислушался. Потом сделал несколько осторожных шагов вниз по лестнице и только тогда посмотрел на Надежду.
– Ну до чего беспокойная женщина! Вот что тебе здесь надо?
– А тебе? – Воспитание не позволяло Надежде разговаривать с незнакомыми людьми на ты, но в этот раз она решила не церемониться.
– Как ты меня нашла? Как оказалась в том дворе, где бабка жила, артистка бывшая?
– Через пуговицу, – усмехнулась Надежда. – Пальтецо ты взял классное, очень тебе шло…
– Какое было, такое и взял! – огрызнулся Виктор. – Особого выбора не было, не магазин!
– Ага, а пуговицы на нем авторские! Только в одном месте их делают. Ну разве мужики на такие мелочи обращают внимание? Вот на пуговице ты и спалился!
– Слушайте, я вам не мешаю? – поинтересовалась Лиля. – А то, может, пойду, пока вы тут отношения выясняете…
– Куда? – рыкнул Виктор, увидев, что Лиля снова идет наверх.
– Куда-куда… Узнать, что там за дверью! Пока-то ничего путного мы не выяснили!
– Не суйся туда! К тому же там не звонок, а камера, и моли Бога, чтобы тебя не засекли!
– Может, пойдем куда-нибудь, поговорим? – вмешалась Надежда. – Имей в виду, мы тебя так просто не отпустим.
Виктор пробормотал что-то про настырных привязчивых баб, которые вечно путаются под ногами, и стал спускаться. Надежда припустила за ним, решив быть начеку, поскольку уже знала, что у него талант внезапно бесследно исчезать.
Через подъезд черного хода они вышли в довольно замусоренный двор-колодец, и Виктор нырнул в проход между домами – такой узкий, что Надежда всерьез обеспокоилась, что она туда не пролезет. А если и пролезет, то застрянет, что еще хуже.
Она пропустила Лилю вперед и с необъяснимым злорадством наблюдала, как та протискивается в проход, скорчившись и чертыхаясь. Виктор просочился мгновенно, видимо, часто тут бывал.
Надежда выдохнула и осторожно ввинтилась боком, даже пальто не запачкала. Стало быть, с фигурой все не так плохо. Но все же решила не расслабляться и сократить употребление сладкого.
Они оказались в другом дворе, из которого вышли в незнакомый переулок и прошли по нему пару кварталов. Надежда забеспокоилась: «Как там дома? Вдруг муж уже вернулся, а меня нет?» – и хотела посмотреть на часы, но Виктор взял такой темп, что она боялась отвлечься и выпустить его из вида хоть на секунду.
