Он вошел в комнату, взял с книжной полки толстый том «Молот ведьм» и достал из тайника черную бархатную коробочку. Из кармана вынул вторую и на мгновение прикрыл глаза. Наконец осуществляется мечта всей его жизни…
Как долго он этого ждал! Казалось бы, его сердце должна переполнять радость, но этого не происходило.
В чем дело? В том, что он уже не способен на сильные чувства?
Или в чем-то другом?
Что-то не так…
Нет, нужно провести ритуал!
Старик положил обе коробочки на стол, задернул плотные шторы, вставил в старинный серебряный подсвечник свечу и зажег ее. По стенам заплясали отсветы живого пламени.
Затем одну за другой открыл обе коробочки.
Сначала – свою, ту, что хранилась в «Молоте ведьм». Комната наполнилась таинственным голубовато-зеленым подводным свечением.
Он открыл другую коробочку… Второй камень тоже сверкал, но оттенок этого света показался ему каким-то фальшивым, искусственным.
Нет, не может быть. Камень – тот самый, который он искал все эти годы. Не нужно сомнений, не нужно колебаний. Скорее провести ритуал – и начать новую, яркую жизнь, обрести достойное его величие.
Старик поднес камни к пламени свечи.
Сначала – свой, хорошо знакомый…
Отсветы на стене ожили, задвигались, заколыхались, приобрели смысл, превратились в четкие, изящные буквы древнего армянского алфавита.
Старик невольно вспомнил, как во время Валтасарова пира на стене вспыхнула роковая надпись: «Мене, текел, упарсин», но отбросил это неуместное воспоминание.
Он поднес второй камень к пламени свечи – и на стене справа от первой надписи проступила вторая. Старик не поверил своим глазам.
Изящные, аккуратно выписанные буквы не имели никакого отношения к древнему железному письму. Это была кириллица, обычный русский алфавит, и старик легко прочел надпись:
– Что? – прохрипел он, не веря своим глазам.
Его обманули, обвели вокруг пальца… А две надписи на стене медленно и неотвратимо сближались, буквы кириллицы наползали на железное письмо, поглощали древние армянские буквы, как маленькие хищные насекомые.
Вот они совместились – и по стене, где только что светились две надписи, замелькали вспышки, искры, крошечные молнии. В воздухе запахло свежестью и холодом, как во время грозы.
– Что… что это?.. – Старик привстал, схватился за сердце – и упал лицом на стол.
