Помоги мне, Августа, помоги дойти до цели. Помоги, Августа, стучало в голове Зары. Лица принцессы, бабушки и Алиде сливались в ее мыслях воедино, в одно и то же лицо. Она не решалась смотреть ни вправо, ни влево, так как деревья шевелились, протягивая к ней ветви. Хотела ли Августа заманить ее в болото, туда, где сама бродила? Щеки Зары стали влажными от первого утреннего тумана, ей надо было бежать быстрее, чтобы достичь цели до рассвета, иначе вся деревня увидит ее. Ей нужно было придумать убедительный рассказ для тех, кто жил теперь в бабушкином доме. Потом надо искать Алиде Тру, в чем ей, может, помогут живущие в доме. Для Алиде тоже надо было сочинить подходящую историю, но единственной связной историей в ее голове была короткая и несчастная жизнь принцессы, безумной и плачущей принцессы. Может, она и сама сумасшедшая, ибо кто еще может бежать незнакомой лесной дорогой к дому, о котором лишь слышала и в существовании которого не была уверена. Полоса поля. Дом. Она пробежала мимо. Другой дом. Деревня. Собаки. Лай перекидывался от дома к дому. Ограды, дома, сараи и дорожные ямы мелькали у нее перед глазами в разном ритме с пульсом. Иногда она пыталась перейти через канаву, но запутывалась в колючей проволоке и медвежьем малиннике, возвращалась обратно на дорогу. Сырой запах известняка, на дороге ямы и лужи, надо бежать еще быстрей, так как лают собаки. Утренний туман холодил кожу, застилал глаза, ночь раздвигала свои темные завесы, смутные очертания деревни проступали все четче. В конце дороги, ведущей к тому дому, росло необычайно много серебристой вербы. Необычайно много. И в начале дороги был валун. Начнется ли с калитки этого дома собственная история Зары, новая история?
Получивший свободу попадает в изменившийся мир.
Снова перечитываю письма Ингель. Тоскую по своей девочке. Стало немного легче теперь, когда я знаю, что у них там вдалеке все складывается неплохо. Много писем приходит. В прошлые разы, когда людей забирали в Сибирь, письма приходили один-два раза в год и известия были не очень-то хорошими.
Время рубить деревья для бочек сейчас самое подходящее, скоро луна начнет убывать и станет поздно. Когда же я смогу делать новые бочки? Когда смогу петь? Скоро горло забудет это искусство.
Полная луна. Не спится. Нужно бы сказать Лиде, что сейчас как раз время заготавливать дрова. Нарубленные в полнолуние хорошо сохнут. Ее муж не очень-то разбирается в этих делах и в полевых работах так же мало понимает, как Лиде в рукоделии. В связанных Ингель носках появилась дырка и Лиде заштопала ее. Теперь эти носки носить больше нельзя.
Если б здесь сейчас был ежевичный сок, приготовленный Ингель!
Трумэн должен был прийти уже давно.
Хочется биться об стену, но нельзя.
Луковицы в кастрюле доварились до нужной кондиции, Алиде добавила сахар, соль и уксус. Хрен вызвал слезы на глазах у Алиде и Зары, и она открыла дверь, чтобы проветрить. Зара решила задать вопрос напрямую. Может, лучше было бы начать с Мартина, а не с бабушки. Она не успела подумать дальше, как шум приближающейся машины заставил обеих женщин замереть.
— Алиде ждет гостей?
— Нет, это черная машина.
— Господи Боже мой, они приехали.
Алиде захлопнула дверь и закрыла на замок. Потом она поспешно закрыла на задвижку дверь в кладовую и занавесила окна.
— Они уйдут, когда увидят, что в доме никого нет.
— Нет, не уйдут.
— Конечно, уйдут. Что они будут делать здесь во дворе, когда увидят, что никого нет. Ведь никто не видел, как ты пришла. Или видел?
— Нет.
— Так вот. Побудешь внутри еще завтра. На тот случай, если они будут ошиваться в этих краях, хотя что тут искать в полупустой деревне?
Зара энергично покачала головой. Они уверятся, что она здесь, если заметят, что дом пустой. Вообразят, что она здесь прячется, сломают замок, осмотрят весь дом и найдут.
— Они причинят вам зло.
— Успокойся, Зара, успокойся. Сейчас ты сделаешь то, что я тебе велю.
Алиде казалась хрупкой и вместе с тем целеустремленной, одновременно моложе и старше своего возраста. Она привычно направилась к шкафу, спокойно шагая, и ухватилась за него двумя руками.
— Иди помоги.
Они вдвоем отодвинули шкаф от двери в комнатку, и Алиде открыла ее. Втолкнув замешкавшуюся девушку внутрь, она прижала руку к сердцу. Оно колотилось. Алиде выпила немного воды, вытерла платком лицо и повязала его на голову. Волосы взмокли, мужчины могли заподозрить, что она вспотела со страху. Если это те, что пришли за Зарой. Но что, если в машине сидят другие парни, которые бросали камни и распевали песни под ее окном? Может, они решили в последний раз идти к Алиде днем, чтобы расправиться с ней. Машина приближалась к дому осторожно, водитель, видно, объезжал ямы на дороге.
