Выйдя из-за стола, премьер подошёл к ней и взяв за локоть, произнёс:
— Обедать?
— Какой тут обед! В сектор связи: хочу выяснить нет ли чего нового, пока я не в Центре.
— Горишь на работе. Вот я и хотел спросить — а чего нового в целом?
— Имеете ввиду наблюдение за «Зетой»?
— И это, и ваши поиски анклавов выживших.
— Видеоканал исправно передаёт поток. — потупив глаза в пол ответила Алевтина. — А звука нет. Мы всячески пытаемся связаться с группой Сорокина, но видимо всё же… Спутник показывает повышенную активность некроформ вокруг базы. Но разрешение с СС-17… Вы же сами знаете — спутник один из первых и разрешение некудышнее. Я до сих пор не понимаю, почему они оставили его на орбите. Видимо, почли за космический мусор. — ухмыльнулась она.
— Ну, даже если это и так — всё равно хоть что-то. Без семнадцатого мы были бы вообще слепые, как котята. — почесав голову и вынув из внутреннего кармана очки, подбодрил полковника Кутин. — Продолжайте попытки связи. Знаешь, у меня остаётся чуйка, что с Сорокиным ещё не закончено. Не тот это мужик. Кстати… Как движется процесс восстановления данных последних минут связи с ним?
— Работаем, Владимир Владимирович. — скупо ответила Аля.
— Я так понимаю — прогноз пессимистичный?
— Почему же. Кое-что вырисовывается. Получается, что они встретили там кого-то. То ли на самой базе, то ли рядом — это пока непонятно. Моделируем. Видимо, это некий священник, судя по обрывкам фраз и окончаний. Если Сорокин уделил последние драгоценные мгновения передаче этой информации, значит с ним связано что-то важное. Только вот что?
— Знаешь, я тоже об этом подумал. — кивнув, согласился премьер. — Не стал бы он околесицу нести, понимая, что он приплыл. Но, видимо, ответы будут получены только когда мы выжгем эту мерзость из этого района. А до этого… Ладно. С мониторингом по областям что?
— Отмечаем наличие компактных районов заселения выжившими. — повеселела, сменив тему Срамнова. — Не хочу забегать вперёд — карта дислокации будет подготовлена к завтрашнему утру — но, Владимир Владимирович, их не так уж и мало. Конечно, это сельская местность, как и предполагалось. Вокруг Москвы, как мы и думали, пустошь… А вот в прилегающих областях — очень даже! Владимирская, Калужская… Тверская…
— Кстати, Срамнова. Тверская. — приобнял Алю за плечо Кутин. — Как там твоё… Кушалово, да?
— Кушалино! — заблестели глаза Алевтины, благодарной Кутину за то, что перегруженный делами и информацией, он всё-же помнил. — Живёт, как я и говорила Вам тогда! Один из крупнейших анклавов — и один из ближайших к Москве. Им там сам Бог велел держаться!
— Да-да, вспоминаю. Там полигон ещё рядом был, точно. Значит, живой анклав?
— Живой!
— Хм. — задумался Кутин. — Знаешь эти места, бывала там?
— Конечно, Владимир Владимрович! Там же Федькино родовое гнездо!
— Сколько до «Зеты» оттуда? Какие дороги?
— Владимир Владимирович, я Вас правильно поняла? — пристально посмотрела на Кутина, прищурив глаз Аля.
— Пока только мысли, Срамнова! Так что?
— По Бежецкому шоссе до Твери тридцать километров. — ответила на поставленный ранее вопрос она. — Но Тверь… Сильно заражена. Прорваться, видимо, можно, но потребуется техника…
— Забудь. Если планировать что-то, то малой группой. Как можно миновать Тверь?
— Рекой.
— По реке? Там же Волга, точно. Так. Давай дальше.
— По левому берегу — ну, со стороны Кушалино — было полно баз отдыха. Уверена, какое-то плавсредство можно будет найти. Ну, а по Волге до Завидово всего ничего.
— Так, так. Значит, ставлю задачу. Срочно отмониторить окрестности вокруг Кушалино, Твери, «Зеты». Это тебе. Всё мне давай: возможные пути подхода, разрушения, некродеятельность. Всё. Прогноз погоды на ближайший месяц. Ночную освещённость. Всё. Сама знаешь. Ещё. Ступай к аналитикам, ставь задачу. Не тяни. Пусть планируют заброску группы. Раз на «Зету» высадиться нельзя — будут прыгать в Кушалино. А уже оттуда… Да — пусть посмотрят, что там вокруг: воинские части, склады длительного хранения, всё, что может быть полезным и интересным.
— Так точно! Можно вопрос?
— Валяй!
— Разрешите непосредственно участвовать в операции!
— Забудь. Ты мне здесь нужна.
— Но, Владимир Владимирович! — подняла на Кутина наполняющиеся слезами глаза Алевтина. — Там же должен быть Федя!
— Закончили разговор, полковник. Ступайте работать.
