Бывший демон посмотрел вниз снова и сглотнул. Оставался лишь один выход: спрыгнуть. Другого варианта не было. Хёдо никогда не молился, но сейчас, прошептав самому себе «Отче Наш», закрыл глаза и солдатиков прыгнул вниз.
БУЛ-ТЫХ!
Вода была очень холодной, и Иссей поспешил выплыть на поверхность. При падении юноша сразу же почувствовал, что на глубине что-то не так: интуиция или нет — внутренний голос просил его как можно быстрее выбраться на сужу. Иссей открыл глаза и увидел недалеко от себя островок, от которого исходило ярко-голубое, слепящее взгляд, сияние. Парень поплыл к нему, в движении отталкивая от себя проплывающие мимо тела. Происходящее напоминало самый натуральный кошмар, который Хёдо представлял либо сидя на уроках, либо смотря ужастики. Он никогда не думал, что сам окажется в такой ситуации. Став в прошлом демоном, Иссей даже тогда не ощущал дикого страха в сердце.
Схватившись за обломки плит, Иссей подтянулся и выбрался наружу, перекатившись через бок, чтобы перевести дыхание. Было холодно.
— Я крайне удивлён видеть тебя здесь, парень. Впрочем, чему удивляться: мир полон всяких загадок.
Хёдо мгновенно забыл про усталость и приподнялся на локтях, расширившимися глазами глядя на обладателя голоса, что спиной прижался к какому-то золотому большому сундуку и понуро опустил голову. Грубый голос, привычная манера речи и лёгкий хрип — как же давно Иссей не слышал его и о нём в целом. С последнего визита прошло очень много времени.
— Кратос! — громко воскликнул Иссей, поднявшись на ноги. — Т-ты…
— Да-да, я в курсе того, что ты мне хочешь сказать, — грубо отрапортовал Призрак Спарты, блеснув в темноте янтарным цветом своих глаз. — Перестал навещать, на долгое время замолчал и вообще исчез. Знаю! Просил же оставить меня одного!
Бывший демон не верил своим ушам и глазам. Бледный спартанец с красной татуировкой на теле — это он, вот он, живой, говорящий и по-прежнему грубый. Иссей уже и потерялся в количестве времени, когда в последний раз видел или хотя бы слышал его.
— Но почему? Почему ты так внезапно взял и пропал?
— Я не обязан перед тобой отчитываться, пацан!
Хёдо был шокирован, услышав эти слова. Почему? Бледный воин ведь сам согласился помогать ему в дальнейшем. Ещё при первой встречи в подсознании они объединились, и Иссей регулярно проходил тренировки. Что так повлияло на поведение Кратоса?
Иссей только сейчас заметил эту странную большую картину над золотым сундуком, сияющим ярко-голубым огнём. Он видел незнакомую ему деревню, дома которой были сделаны из дерева с соломенной крышей, а рядом с ней стоял каменный храм со странным символом на дверях из красного дерева. Символ был очень знакомый, и Иссей поднапрягся, чтобы вспомнить его.
Оракул!
Хёдо не особо разбирался в древнегреческой истории, но этот момент он хорошо запомнил. Древний храм, где прятались беженцы и люди, пытающиеся хоть как-то защититься от жестокого мира за пределами священных стен.
Картина перелистнула несколько фрагментов, и теперь Иссей видел вооружённых до зубов спартанцев, предводителем которых был… Кратос?! Генерал Спарты держал в одной руке острый клинок, в другой — горящий факел.
— Война — это война: в ней либо выживают, либо погибают, — говорил Кратос, воинственно размахивая факелом. — В моей армии не место трусам, только неустрашимым бойцам и войнам, выполняющим волю Лорда Ареса. Мы прибыли в эту деревню, чтобы сжечь здесь всё дотла и уничтожить. Приказ не давать никому пощады! Приказ убить всех, кого встретите в этой деревне! Сжечь всё дотла!!!
С этими словами Кратос размахнулся и бросил факел на соломенную крышу одного из домов деревни.
Дальше началась кровопролитная бойня. Люди с криками выбегали из домов, пытаясь спастись от смерти, однако были убиты спартанцами. Армия не жалела никого: когда мимо одного спартанца пробегала ещё совсем молодая девушка, воин без всяких колебаний проткнул её живот, а затем нанёс смертельный удар лезвием по горлу. Бойцы сжигали дома, убивали ни в чём неповинных жителей этой деревни, наводя ужас и насилие.
От увиденного Иссея бросило в дрожь. Как так можно? Эти люди… Что они сделали? Лишь пытались спастись от яростного натиска спартанской гвардии. За что их убили? Воины не жалели ни детей, ни женщин, ни стариков. Повсюду проливалась кровь, горели доски и рушились апартаменты горящей деревни. Повсюду слышались крики, дети кричали со слезами на глазах, прижимаясь к матерям, а безжалостные монстры в доспехах спартанцев решали все проблемы ударом мечей. Парень был в ужасе!
Сам Кратос стоял напротив Храма Оракула и с интересом рассматривал его, разминая пальцы на руках и готовясь ворваться внутрь. Путь ему преградила пожилая жрица Оракул, на груди которой сиял знак святого храма. Генерал посмотрел на неё с презрением.
— Лучше остановись, Кратос, — с хрипотой в голосе, однако без страха и тревоги, попросила она. — Если ты войдёшь в эти двери, то будешь об этом жалеть всю свою жизнь.
