И мы побежали, плутая как зайцы. У меня был шанс победить — я бегала быстро, и за десять секунд наверняка бы выбилась вперед, а водяные струи достались кому-нибудь из отстающих. Флавия, видимо, думала также, поэтому рванула вперед, а я замедлилась, не желая бросать Рини и Лин.
В воздухе послышался свист. Обернувшись на ходу, я увидела в небе длинную, широкую водяную ленту, которая, извиваясь, падала прямо на нас.
— Врассыпную, — крикнула я, поворачивая направо. Рини метнулась влево, а вот Лин последовала за мной. Водяная лента тяжело упала на землю в двух метрах от нас, с гулким звуком взметнув пыль и сотни брызг. По почве побежали ручейки.
Сзади послышался смех Элларии, и через секунду над нашими головами зависла еще одна струя — на этот раз в форме кнута, но в два раза толще и длиннее предыдущей. До конца поля оставалось метров двести, и я, схватив Лин за руку, просто потащила ее за собой. Флавия уже была там — на нее Эллария даже не нападала.
От кнута отделились еще две струи, которые прицельно били по земле. Уворачиваясь от длинных водяных «змеек», я уверенно приближалась к концу поля, как вдруг Лин поскользнулась на мокрой земле, и упала, невольно увлекая меня за собой. Правое плечо пронзила резкая боль — я умудрилась свалиться прямо на руку, ударившись о землю, а над головой засвистел водный кнут, причудливо извиваясь.
«Это конец», — мелькнула мысль, и я инстинктивно накрыла Лин телом, подмяв ее под себя. Целительница, кажется, просто отключилась от страха. Водяной кнут Эллария создала на славу, вложив туда немало силы, и я прекрасно понимала, что удар толстой струи с такой скоростью впечатает нас в землю, переломав кости.
Наблюдая, как кнут падает на меня, я слышала чьи-то гневные крики, и знакомый треск молний, а потом небо заволокла темная пелена, которая затем рассыпалась на кусочки. Убирая с лица комочки грязи, я удивленно смотрела на остатки земляного купола, который защитил нас с Лин от удара, и рассыпался на куски грязи.
Лин тихонько пошевелилась.
— Мы что, умерли? — жалобно спросила она, а я испытала неожиданный порыв злости. Да Эллария нас убить хотела! И ведь могла бы, если бы не Говард.
С другой стороны поля к нам уже спешили маги: господин Роган, не заботясь о своем дорогом наряде, плюхнулся рядом с нами и с тревогой схватил Лин за руку.
— Вы целы?
— Да, спасибо, что спросили, — язвительно ответила я, краем глаза замечая, что Финн стоит неподалеку и с напряжением смотрит на меня. Подбежавшая Рини бросилась ко мне с объятиями и криком:
— Мелли, я думала, тебя размажет!
— Надеюсь, не расстроилась? — спародировала я ее, а Рини расхохоталась, как безумная, тиская мое тело.
— Эллария, — гневно крикнул Роган, беря Лин на руки. Та от шока испуганно крутила головой в разные стороны, и с ужасом всхлипывала. — Какого черта? Я же сказал: минимум силы!
— Извините, господин Роган, — наклонила голову Эллария, но вины в этом жесте не было абсолютно. — Я немного не рассчитала.
— Немного? — вмешался Говард. — Ты их чуть не убила!
— А тебе какое дело? Ты же их спас, — огрызнулась Эллария, нервничая. Флавия, пришедшая с конца поля, тихим голосом произнесла:
— Элли, ты поступила некрасиво.
— К декану, живо, — рявкнул Роган, поудобнее перехватывая Лин. — Занятие окончено. Говард, проводи Амеллин к целителям.
— Господин Роган, я могу вылечить Амеллин, — робко сказала Лин, которая явно не знала, куда деть свои руки.
— Помолчи, — с яростью произнес Роган, и широкими шагами удалился с поля, направившись в сторону госпиталя. Говард подошел ко мне, и помог подняться, бормоча извинения:
— Ты не запачкалась? Я не успел полностью сформировать купол, поэтому он получился слегка жидким.
— Нет, что ты, Говард. Спасибо тебе большое! — с жаром поблагодарила я, а Рини, прыгавшая рядом, чмокнула его в щеку. Говард покраснел, как помидор, и расплылся в широкой улыбке.
— Идем, — Рини потянула меня за руку, а я неосознанно осмотрелась в поисках Финна: его уже нигде не было. «Наверное, поспешил к Элларии», — с горечью подумала я, и сама испугалась: почему это меня так огорчает? Тряхнув головой, чтобы отогнать непрошеные мысли, я обратилась к Говарду:
— Спасибо еще раз. Если бы кнут Элларии не разбился о купол…
— А он и не разбился, — удивленно ответил стихийник. — Я создал купол, чтобы защитить вас, но убрал его сам. Кнут Элларии рассыпался из-за молний Финна.
В госпитале нас встретил улыбчивый парень с густыми бровями и шикарной шевелюрой цвета спелой ржи. Заглядевшись на волосы целителя, золотым ореолом сверкающие в свете ламп, я и не заметила, как оказалась в процедурной.
— Итак, где больной? — пошутил парень, осматривая нашу компанию.
— Вот она, Лекс, — пробасил Говард, ткнув в меня пальцем. — Упала на землю, потом на нее упал земляной купол.
— Земляной купол? — парень, которого Говард назвал Лексом, посерьезнел. — А почему он вообще над ней оказался?
— Купол я создал, — виновато пробурчал Говард. — Защищал от водяного кнута.
— А водяной кнут откуда взялся?
