Я набросилась на него и начала колотить в плечо, чем вызвала у него тяжелый, басистый смех. А потом он обхватил мои руки и притянул в объятия. Я обомлела.
– Ты дурак, Власенко.
– А ты очень милая, Семенова.
– Отпусти меня, – кряхтя, я пыталась оттолкнуться от него.
– Не отпущу, пока не скажешь, что мои шутки очень даже смешные.
– Но они не смешные. Отпусти.
– Тогда будем так сидеть до начала перемены. Ты же очень хочешь, чтобы нас все увидели в таком положении, – начал он поглаживать меня по спине.
– Да чтоб тебя!
Послышался грубый смешок.
– Ты очень даже сносно шутишь, – прошипела я.
Никита, сдержав свое обещание, сразу же, но медленно, словно нехотя, выпустил меня из объятий.
– Ты...!, – не успела я начать говорить, как Власенко меня перебил.
– Предупреждаю, если ты снова начнешь драться или громко ругаться, мне придется тебя снова сковать объятиями. И поверь, второй раз тебе уже будет не так то просто выбраться.
Его заявление выбило меня из колеи. Впервые я видела Никиту таким наглым. Не поймите меня неправильно, он всегда был наглым, но сейчас это былая такая мужественная наглость. С перчинкой, я бы сказала.
Быстро опомнившись, я продолжила свое наслаждение шоколадом и перевела тему. Он лишь хмыкнул, смирясь с моим решением. Обсуждая моменты предстоящего детского праздника, мы пришли к кабинету, где должен быть следующий урок.
– Диана, мы тебя потеряли, ты почему на сообщения не отвечаешь? – Бросились ко мне девчонки.
– Я была в столовой, – кинула взгляд на Никиту, предупреждая, чтобы тот молчал о случившемся, тот все понял.
– Ладно, еще увидимся, Семушка, – подмигнул мне Власенко.
Я проводила его гремучим взглядом, а он только ехидно улыбнулся и пошел к ребятам. Девочки налетели на меня с вопросами: – ты ничего не хочешь нам рассказать?
– Я не знаю, что Вам рассказать.
Саша удивленно на меня покосилась: – мы уже который день видим вас вместе и тебе нечего нам рассказать? Девочки поддержали ее возмущение.
– Я правда не знаю, я не понимаю, что происходит между нами, а спросить никак не удается, – с грустью посмотрела я на них.
– Подруга, ты попала, – обняв меня за плечо, сказала Лера.
– Да я понимаю, только вот что с этим делать? Иногда я его не понимаю, то он мил и вежлив со мной, то свои дурацкие шутки вываливает на меня. И еще я не отделалась от мысли, что это какой-то розыгрыш. Заговор Коршуна, Ивановой и Власенко - злобная троица. Я первый раз увидела такое гневное лицо Леси.
– Ты слепая если не видишь, что ты ему тоже нравишься!
Я стояла и хлопала глазами пребывая в тихом шоке. Крайне редко мы видели Лесю взбешенной и еще реже, как она кричит.
– А как же Оля? Они всегда вместе ходят, – промямлила я.
Олеся закатила глаза: – они друзья, а вот ты ревнуешь.
–Я!? Ага, еще чего.
Леся закипала.
– Да-да, не ревнуешь, мы поняли, ответила за всех Саша.
Перекрикивая их: – давайте лучше подумаем об игре, она уже в эту субботу. Сегодня я наконец-то буду полноценно тренироваться с вами, – помахала справкой перед лицом. Лера первая поддерживала смену темы
– Это отличная новость, но может пойдем уже в класс?
Оставшиеся два урока прошли обычно нудно и не интересно. Радовала мысль о том, что скоро я надену форму и буду в строю. На пятом уроке у нас была репетиция. Каждый подъем на сцену начинался с дрожи в коленках, а потом поддерживался словами Никиты: «у тебя все получится». И у меня действительно получалось. Наталья Андреевна была вне себя от радости. Восторженные крики и хлопки в ладоши были тому подтверждением. Я несколько раз замечала на себе хмурый взгляд Оли, но может девочки были правы, и я себе просто придумываю.
В нашей постановки были моменты, когда нам с Никитой приходилось держаться за руки или обниматься. Он вел себя как настоящий артист, все делал слаженно, а меня пробирало смущение, хоть это была всего лишь игра, для меня эти прикосновения что-то да значили. Прогнав один полноценный раз под музыку, Наталья Андреевна отпустила всех по домам.
Мы освободились раньше, чем предполагалось, поэтому я решила сначала занести справку фельдшеру. Я на радостях залетела в кабинет, чем ошарашила мед работницу. Она снисходительно посмотрела на меня, когда подписывала мою справку.
– Будь осторожнее в следующий раз.
Я кивнула ей и также радостно выбежала из кабинета. Она говорит мне эту фразу после каждой моей травмы, и каждый раз я ей киваю. В итоге все повторяется.
Зайдя в спортивный зал, я кинула взгляд на часы. Тренировка должна начаться только через 20 минут. Смеха и громких разговоров с раздевалки не доносилось, значит девочки еще не пришли. Терять зря время мне не хотелось, пропустила я достаточно и придется наверстывать в двойном размере. Было решено. Быстро переодевшись и сделав тугой хвост, я уже бежала второй круг разминки.
К моменту, когда девочки пришли в зал, я набивала руку, отбивая мяч от стенки. Они начали свою разминку, а мы с Михаилом Ивановичем отрабатывали мои передачи.
– Отдых пошел тебе на пользу, – заметил тренер.
Сделав жадный глоток воды, решила уточнить: – вы о чем?
