Свисток. Пошла третья партия. 11:11. Сравнялся счет из-за меня. Я сделал низкую передачу, и Саша не смогла правильно атаковать, попала в сетку. Предупреждал же тренер. Выругавшись про себя, я снова встретилась с Лианой под сеткой.
– Так значит Никита твой парень? – спросила она, будто облизываясь, и указала взглядом в сторону Власенко.
– Кто? Власенко? – удивленно переспросила я. – Нет, и тебя это не должно касаться, у нас тут вообще-то соревнования, если ты не забыла.
Она задержала взгляд на мне, явно что-то обдумывая в своей кудрявой головушке и отвернулась.
22:20 в пользу школы №42, по нам было видно, что мы на последнем издыхании. Летит мяч, Саша поздно крикнула «Я», не успев увернуться, мы столкнулись, а дальше полная темнота.
Мой нос поразил резкий запах, насколько мне не изменяет память - это нашатырный спирт. Я нашла в себе силы отмахнуться от мучителя и открыть глаза. Это было фатальной ошибкой. Меня ослепило. Пришлось снова зажмуриться. Решив сделать очередную попытку, я слегка приоткрыла правый глаз, а затем левый. Передо мной высился белоснежный потолок и длинная лампа.
– Я в раю? – хрипло произнесла я.
– Ну слава всевышнему, – бросилась на меня с объятиями Леся.
– Ты ее сейчас задушишь и нам придется снова ее откачивать, – шикнула Лера. Леся состроила ей недовольную рожицу, но спорить не стала.
Спустя пару минут мне пришло осознание, что я лежу на кушетке в медпункте. Появилось непреодолимое желание встать. Я уже было собралась подняться, но кто-то очень нежно взял меня за руку, и нажав легонько на плечо, положил меня обратно.
– Не надо, иначе снова голова закружиться. Полежи.
Это была Саша. Со всей своей лаской в голосе она не смогла скрыть волнение. Слегка облокотившись на руки, я увидела, что в медицинском кабинете стоят мои девочки и классная руководительница, которая тревожно общается с фельдшером.
– Что случилось? – спросила я тише, чем хотелось. Горло саднило.
Саша протянула мне стакан с водой и ответила: – Мы столкнулись, ты упала без сознания, я очень испугалась за тебя.
– Почему я здесь? Кто выиграл? Где тренер?
В голове было столько вопросов, от чего она начала трещать. Лера перехватила слово.
– Когда ты упала, Лиана начала вопить, что ты притворяешься, что они начали побеждать, а ты не умеешь проигрывать. Саша смогла сделать так, чтобы та замолчала.
Слегка улыбнувшись так, чтобы не было больно, я посмотрела на подругу. Ее глаза в зависимости от освещения меняли цвет. Сейчас они были серые с зеленоватым отливом - цвет надвигающейся бури.
– Сааш, ты же мне потом расскажешь как это сделала?
– Ди, я рада, что тебе становится лучше, – легкая усмешка тронула ее уставшее за день лицо, – но в другой раз.
– Ладно, – я перевела снова взгляд на Леру, – что с игрой?
Она продолжила: – когда ты не открывала глаза после нашатырного спирта, было решено перенести тебя в медпункт. Тренеры и судьи долго спорили, что можно сделать с данной ситуацией, и решили... Предупреждаю, тебе не понравится их решение.
– Давай уже.
– Они перенесли игру, результаты обнулят, и повторная игра состоится 24 декабря, – выпалила Лера и затихла.
– Вы могли выиграть матч и без меня, – меня начала поглощать злость, – им было выгодно, они понимали, что проиграют встречу. А почему Михаил Иванович ничего не предпринял? – Негодование накрывало меня. Хотелось, как маленькому капризному ребенку, начать пинаться ногами, но здравый смысл все таки еще присутствовал во мне.
– Он очень переживал за тебя и за команду, как бы мы играли, не зная в каком ты состоянии? – с дрожащим голосом произнесла Леся.
Я посмотрела на нее, волосы прилипли к ее мокрому от пота и слез лицу.
– Дорогая не плачь, все будет хорошо, два дня отдыха, и я снова возьмусь за тренировки.
Тут в кабинет вошла Наталья Андреевна, с ее лица еще не сошел испуг.
– Сожалею, но ты без нагрузки на неделю, и если тебе станет лучше, то можно тренироваться и то, только в легкой форме, а если лучше не станет, боюсь ты пропустишь игру, – сказала с грустью в глазах заходящая следом фельдшер.
Мои глаза стали больше, чем у лемура.
– Но как? Надо снова готовится к матчу, я не могу оставить команду.
Перебивая меня, Наталья Андреевна дополнила слова фельдшера: – на тренировках ты можешь присутствовать, но на них ты будешь только наблюдать и комментировать, без какой-либо нагрузки. За этим проследит ваш тренер, – ставя этой фразой точку в разговоре.
Все притихли. Было слышно только надоедливое жужжание лампочки. Отчаяние. Вот каким оно было на вкус. Не то чтобы мне хотелось поскорее его попробовать, просто все произошло так некстати. Мне связывают руки, но я думаю тренер прекрасно меня поймет и закроет глаза на заключение врача. Все таки у нас с ним одна цель - победа, с ним-то уж я договорюсь.
Я приподнялась на локтях. В глазах девочек читался страх. Страх за меня, за предстоящую игру. Придется пойти на хитрость. Она еще никому не вредила.
– Ладно, не беда, мы с этим справимся. Скамейка, значит скамейка. Девочки езжайте домой, а я позвоню маме, она меня заберет.
