На мою душу опускается странное умиротворение. В зверином облике мне с ним как-то наоборот спокойнее. Нет того особенного, женского волнения. И я бы, честно, могла бы до утра так с ним сидеть в росной траве под деревьями… но Волк решил иначе.
Тычется мне влажным носом под локоть. Напоминает.
Закусываю губу.
Надо решаться.
Самое безумное, что я делала в своей жизни – после решения выпить зелье невидимости и пойти на праздник. В голове вихрем проносятся все самые разумные доводы и аргументы, особенно про то, что если нас здесь найдёт кто-то из моей семьи, то вот этот умиротворённый пушистый зверь может мигом превратиться в оскаленное ревнивое чудовище. Увидеть драку между моими близкими и этим зверем – мой самый страшный сон, и я не хочу, чтобы это когда-либо произошло. Разум говорит, что лучше послушаться и как можно быстрее уйти подальше.
Но в конце концов побеждает другая, совершенно иррациональная и глупая причина.
Мне до ужаса сильно хочется прокатиться на нём верхом.
У меня никогда не было своего собственного ездового барса, а хотелось.
Но свой ездовой Волк – намного, намного круче! Интересно, и много кого он так катал? Эта мысль приходит бесконтрольно и внезапно, и почему-то расстраивает. Встряхиваю головой, чтоб её прогнать. Если он так за чужими девушками бегает, стоит запаху понравится, наверняка не меня одну.
Поднимаюсь на ноги.
И взбираюсь на лохматую спину.
Ой…
Он поднимается на все четыре лапы так резко, что я от испуга крепко цепляюсь пальцами в шерсть. И ногами сжимаю. Платье приходится задрать до колен, чтоб получилось сидеть на нём – такой огромный. Чувствую, как под шкурой перекатываются мощные мышцы. Мамочки, хоть бы не свалиться…
Это была первая мысль, когда Волк сорвался с места и помчал бесшумной тенью под деревьями в сторону гор.
Мысль эта очень быстро исчезла.
Остался только всепоглощающий восторг и упоение скоростью и прохладой ночного ветра на разгорячённом лице.
Волк, словно чуя мои эмоции, а может сам охваченный нетерпением, разгонялся всё быстрее. Бешеные толчки крови в моём теле, стук сердца, эйфория свободы…
Я, кажется, никогда в жизни не была такой свободной, как теперь, когда меня похитил и сделал своей пленницей этот зверь.
Горы приблизились и обступили нас со всех сторон так быстро, что я даже растерялась. Вот в этих краях я никогда не бывала, только смотрела из окна на каменные громады. А вот теперь справа и слева вырастают чёрные стены ущелья. Кручу головой, жадно впитывая новые впечатления.
Волк замедлился, его поступь стала осторожной. Он напряжённо принюхивался. Мне невольно передалась его тревога. Хотелось поскорее преодолеть перевал – я не знала, что там, за ним, но мне уже не хватало ощущения полёта, когда он бежал, и я хотела этого снова. Мне хотелось узнать – что ждёт меня там, в неясном и туманном, но таком волнующем будущем? А здесь, на границе Таарна, я словно была во власти прошлого… которое не хотело так просто меня отпускать.
- Наш гость уже уходит? Так рано? Могу ли я поинтересоваться о причинах? Возможно, таарнское гостеприимство вам пришлось не по вкусу?
Мрачный, сдержанно-спокойный, до боли знакомый голос далеко позади, усиленный горным эхом, заставил меня вздрогнуть и обернуться. Я крепче вцепилась в волчью шерсть на загривке, которая под моими пальцами ощутимо вставала дыбом.
Волк осторожно обернулся тоже. Его напряжение я ощущала всей кожей.
В ущелье позади нас медленно входил, не скрывая угрожающего оскала, Гром, снежный барс моего отца.
В отличие от своего кота, вождь Таарна владел собой намного лучше. Но папин тяжёлый прищуренный взгляд, в ночном полумраке внимательно оглядывающий Волка, заставил меня всю сжаться и инстинктивно приникнуть к своему зверю.
Едва различимый шорох падающих мелких камушков высоко, где-то над головой вынудил меня пугливо вскинуть взгляд.
По кромке скал упругой гибкой походкой скользил ещё один барс, заходя нам в тыл. По другой стороне ущелья – третий.
Кусая губы, я узнала Клыка и Когтя, барсов своих старших братьев. Бьёрн и Мэлвин тоже здесь.
Глава 21
==
От автора: Не откажу себе в удовольствии ещё раз повторить в этой главе визуал своих любимых Бьёрна и Мэлвина)) тем более, что они со своими котиками
==
Бьёрн
Мэлвин
==
Волк ниже припадает на массивных лапах. Холка вздыблена, уши торчком, хвост вытянут в струну. Даже не думает оборачиваться обратно в человека. Вместо этого скалит огромные клыки, а из его горла рвётся рычание – тихое, но такое, что у меня кровь стынет в жилах. Эхо этого звериного рыка словно уходит в камни и вибрацией прокатывается по волчьей шкуре, отдаётся мне в пальцы, отзывается во всём теле.
Я замираю, парализованная даже не страхом, а ужасом, и перестаю дышать, кажется. Только жмусь к своему Волку, на мгновение пугаюсь, что отец может увидеть меня даже через пелену магии невидимости.
Вот теперь я вспомнила, почему никогда не обманывала родителей. Не шалила в детстве, не ела сладости до ужина, не прятала черепки разбитой вазы, а сразу честно во всём признавалась.
