Я впустил Самсона внутрь. Он в панике проскочил в дверной проем и принялся расхаживать взад-вперед с пистолетом в руке. Парень рассказал, что его дед поздно вечером выходил из местного цветочного магазина с букетом роз для миссис Макгриви, а двое русских подкрались сзади и четыре раза выстрелили ему в спину. Когда слух дошел до «Пьяной Гарпии», Самсон с парнями отправились мстить русским.
После этого Самсон отправился в дом дедушки, находившийся в нескольких милях к северу, и сообщил ужасную новость бабушке. Миссис Макгриви рухнула на пол и вскоре перестала есть, принимать лекарства и ходить каждый день в местный салон красоты, чтобы посплетничать с другими женщинами – по сути, отказалась от жизни, так как ее сердце разбилось. Самсон заботился о бабушке в течение некоторого времени, пока его жажда быстрых денег, острых ощущений и борьбы за одобрение Босса не взяла верх, и однажды он вообще перестал приходить к миссис Макгриви.
Он был бессердечным ублюдком. Манипулировал и подделывал документы и смог продать активы и пригородный дом своих родных за наличные деньги. Затем он переехал с бабушкой в эту дешевую квартиру в южной части Бостона. Мы с Самсоном тогда поругались, потому что его бабушке было здесь не место, не говоря уже о том, чтобы жить одной. Он не заботился о ее благополучии, его больше волновало, как смошенничать или провернуть какую-нибудь нелепую схему, чтобы заработать быстрые и легкие деньги. Внучок даже строил планы относительно капитала, который, как он был уверен, оставил ему дед. Самсон пришел в ярость, узнав, что тот ничего ему не завещал, и даже обвинил меня в причастности к его решению. Черт, даже мне мистер Макгриви ничего не оставил.
– Хорошо, миссис Макгриви. Давайте помогу вам лечь, и вы отдохнете.
Я осторожно уложил старушку на диване в гостиной. Женщина улыбнулась мне, после чего ее глаза закрылись, а мышцы лица расслабились. Я подошел к кухонному столу, где стоял телефон – один из тех старых экземпляров с вращающимся диском для набора номера.
Я знал наизусть телефонные номера всех членов банды «Пьяной Гарпии». Пришлось запомнить. Вдруг понадобится помощь парней? Но теперь я понимал, что должен быть осторожен. Самсон мог знать или не знать о происшествии с русскими. Мне хотелось побыстрее увидеться с Тесс, но сначала нужно ему сказать, что я встретил в коридоре его бабушку, которая могла упасть с лестницы и сломать бедро или даже шею.
Я набрал номер и облокотился на кухонный стол, ожидая, когда Самсон возьмет трубку.
Реальность исчезла, когда я услышал в своей голове голос, который не слышал годами. Это меня потрясло. Кевин. Голос брата был глубоким, как у взрослого мужчины и неважно, что ему не суждено было им стать, полностью по моей вине. Я знаю, что он простил меня за трагедию в тот день... Но я никогда не прощу себя, пока жив.
Я уставился в никуда и не мог пошевелиться. Это сбивало с толку – видеть, как он разговаривал, наблюдать расхождения во внешнем виде и голосе. Передо мной был невысокий парнишка с взъерошенными каштановыми волосами и мягкими чертами лица; нос у него был почти плоский; губы полные и влажные; зеленые глаза слезились, будто он мог заплакать в любой момент. Но его голос был глубже, чем у любого мужчины, которого я когда-либо слышал. Он выглядел как испуганный ребенок, но говорил, как мудрый взрослый человек. Я слышал его слова:
Наступила пауза, и я увидел Кевина, стоявшего посреди гостиной и накручивавшего прядь каштановых волос на указательный палец – как он всегда делал, задумавшись.
– Кто это? – проворчал в трубке Самсон, возвратив меня в настоящее.
– Кевин? Я тоже по тебе скучаю, брат, – прошептал я.
– Кто, черт возьми, звонит?
Тишина.
– Это я. Лиам, – ответил я. Мой голос дрожал, и я воспользовался моментом, чтобы прочистить голову и вернуться к реальности. Кевина больше не было посреди гостиной.
