Швырнул полупустой стакан с алкоголем в стену. Раздался надрывный треск. Сотни осколков разлетелись по полу, пара попала мне в ноги, но я заметил это лишь только после того, как кровь проступила на коже.
Устало потер глаза. От огромного количества бумаг они нещадно болели. Или же это было из-за безумных доз алкоголя? Я не знал.
Все, что было в моих мыслях — она. Лин. Мой ангел, который превратил жизнь в ад своим отсутствием. Она была для меня как опиум, от которого я задыхался, испытывал невероятную агонию и наслаждение в то же время. Я чувствовал себя больным наркоманом, которого вдруг лишили дозы. Все пять лет я жил именно так — появлялась новая надежда и тут же пропадала. Поначалу не воспринял все слишком серьезно. Как глупая девчонка может скрыться от всех ищеек, посланных мною?
Я до сих пор помню, как вернулся в пустой дом. Неспешно поднялся на второй этаж, открыл дверь нашей спальни. В глаза бросился беспорядок и полуоткрытые шкафы. Абсолютно пустые. Она спешила. Нервничала.
Сделал глубокий вдох, ощущая аромат её парфюма. Или же так пахла её кожа? Эта комната была насквозь пропитана моей женой. Иногда я ревновал её даже к предметам. Стоило той увидеть, что бабочка случайно залетела к нам в дом, Лин сразу же аккуратно брала её и выпускала. При этом на её губах появлялась такая искренняя улыбка, которую та никогда не дарила мне. И мне мгновенно хотелось уничтожить это насекомое.
В день, когда Лин сбежала, я нашел на столе записку. Узнал её красивый почерк, который в этот раз отличался небрежностью и резкими линиями. Взял, прочитал. Перечитал еще раз. Схватил телефон и набрал номер. Недоступно.
Ну конечно.
Письмо было коротким. Она написала:
«
В самом начале мне хотелось смеяться. Какая же ты идиотка. На что рассчитываешь? Сама создаешь себе проблемы. Мы были бы счастливы, если бы ты не сбегала и не спорила со мной. Я бы и пальцем тебя не тронул, но ты сама даешь повод. Может, я и безумен, но тогда ты — мазохистка, потому что, когда я тебя снова найду, обещаю, будет очень больно.
Через час я уже был на вокзале. Все рейсы самолетов отложили на несколько часов, но я почему-то был уверен, что она выбрала поезд. Посмотрел на дисплей телефона, взял трубку.
— Результаты?
— На имя вашей жены куплено семь билетов в разные направления. Послать наших людей на проверку всех объектов?
— Да. Когда найдете, не вредить, просто окружите её, сообщите мне, и я подойду.
Сбросил звонок. Я уже предвкушал, как буду наслаждаться красотой её красных от слез глаз. Как буду собирать всю влагу губами и «рисовать» своими руками багровый закат на её руках, бедрах, ногах.
Я ненавидел её. Презирал. Наказывал за то, что делает меня таким слабым и зависимым.
Через пару часов выяснилось, что моя жена все-таки гораздо умнее, чем я предполагал. Её не было нигде. Могла ли Лин найти новые документы и взять билеты на другое имя?
Могла, но у неё нет связей. По-настоящему качественные подделки паспортов смогли бы сделать лишь пара человек в Питере, но у жены точно нет к ним никакого доступа.
Тогда как?
Я встряхнул головой, выкидывая образ прошлого. Снова посмотрел на стол, где хаотично были разбросаны досье на самых разных людей. Моя жена слишком легко привязывалась к людям. Я сузил её круг общения до минимума, но остались те, что были с ней знакомы еще до меня.
Каков шанс, что никто из них ничего не знает о её местонахождении? Слишком огромный, но я готов рискнуть, поскольку все остальные варианты уже были многократно использованы.
Ангелина
С того выступления Роман практически каждый день встречал меня с работы. Он стал приходить буквально за десять минут до окончания моей смены, покупал нам то мороженое, то кофе, то еще какие-то десерты и заставлял забыть обо всем, постоянно шутя и делясь какими-то нелепыми случаями из жизни.
