С самой первой встречи Николетта тщательно пыталась маскировать свою неприязнь, но я видел, что моя компания ей не по душе. Дело в природной интуиции? Или же Марк велел держаться от меня подальше? Он подозревал… Давно подозревал. Только не мог доказать. Ни одна ниточка в моей слепленной биографии не должна была привести к Журавлям.
– Рад снова видеть вас, Николетта. Куда-то торопитесь?
– Ищу кое-кого, – уклончиво ответила она.
– Может, я могу помочь?
– Сомневаюсь. – Николетта всем своим видом показывала, что хочет поскорее убраться подальше. – Если только не видели высокого темноволосого парня с татуировкой на шее, – она указала на левую сторону шеи.
– Смею предположить, что речь о Микаэле.
Она прищурилась.
– Вы знакомы?
– Довелось перекинуться парой слов. И вы идете в верном направлении. – Махнув рукой наверх, добавил: – Видел, как он поднимался по лестнице.
Николетта взглянула на нее и, протиснувшись мимо меня – я не торопился освобождать проход, – встала на нижние ступени.
– Спасибо, Диего.
Я кивнул и с ухмылкой вернулся в зал. Взгляд тотчас нашел лидера Драконов. Марк беседовал с гостями, нацепив идеальный образ главы корпорации. Если бы только присутствующие здесь знали, насколько прогнившее нутро за этим безупречным фасадом.
Помелькав среди партнеров компании еще некоторое время, я неспешно направился к выходу, планируя ждать Микаэля в условленном месте, а следом сразу же подкинуть Совету информацию об убийстве их представителей.
Однако случилась непредвиденная заминка.
– Диего, постой. – Голос Марка нагнал меня уже в коридоре. Губы скривились от отвращения к чертову Дракону, но, прежде чем повернуться, я нацепил на них сдержанную улыбку.
– Марк? Чем могу быть полезен?
– Что ты делал на территории Бель-Эйр на прошлой неделе?
Тревожный звоночек в голове породил множество вопросов. Но главный: откуда он, черт возьми, знает? Я никогда не приезжал на своей машине, не пользовался основными воротами, не выходил за пределы дома. А после расправы над Дорианом так и вовсе подчистил концы, чтобы во владениях не осталось ни одной тянущейся ко мне ниточки.
Сейчас появилось непреодолимое желание сбросить маску, но слишком рано. Тогда пострадает он один, а я хочу, чтобы пылали все Драконы разом. Им неизвестно, кто я и какие цели преследую, а значит, они не смогут принести Совету доказательства чьей-либо вины. А даже если и сумеют отыскать зацепки… Они выведут к Микаэлю. Тогда избавлюсь и от него.
– Присматривал себе дом. Подумываю остаться в Лос-Анджелесе.
– И по счастливой случайности заинтересовавший тебя дом находится по соседству со мной?
Я приподнял брови.
– Правда? Всегда думал, что ты живешь где-то в центре города.
Марк подступил на шаг и произнес, глядя прямо в глаза:
– Можешь сколько угодно прикидываться идиотом, но рано или поздно ты проколешься, Диего. И если ты все же тот, о ком я думаю, пощады не жди.
– Понятия не имею, о чем ты говоришь, – спокойно выдержал его угрозу, хотя внутренний азарт желал откликнуться и принять вызов. – Если не против, у меня еще есть дела.
– Разумеется, – улыбнулся Марк. – Не смею больше задерживать.
Оказавшись снаружи, я дошел до места встречи с Микаэлем и набрал сообщение для одного из членов Совета:
Идея выступить на вечере встречи акционеров принадлежала Дэниелу. Однако удивительным стало другое – Марк не препятствовал. Сама же я понадеялась, что, заняв себя подготовкой, сумею притупить другие мысли.
Со дня на день должен прийти результат теста ДНК. И все, о чем я могла думать: что будет, если мои подозрения подтвердятся?
– Ники, тебе пора готовиться, – шепнул Стив, когда Марк уже закончил свою речь.
Он прав. Сейчас стоило думать только о выступлении. Поправив подол алого платья, – какая ирония, что любимое платье оказалось под цвет символики Красных Драконов, – я направилась к сцене. Перед ступенями затормозила. Висок будто пронзило иглами, словно кто-то сверлил его взглядом, и я оглянулась. Не ошиблась. Глаза цвета плавленой стали смотрели исключительно на меня.
Сегодня выходил срок, отведенный мне Майком. Пусть я пыталась найти повод избежать грядущего разговора, понимала, что этим сделаю только хуже. Пора расставить все точки над «i» и, быть может, снова попробовать убедить его обратиться к психотерапии.
Когда Микаэль отвлекся на телефон, я отвернулась и поднялась на сцену. Стараясь не смотреть на него во время выступления, сосредоточилась на музыке и словах, что транслировало само сердце.
