Одержимость Желтого Тигра полностью

Я догадывалась, что вот-вот речь зайдет о той самой Миранде, но все равно спросила:

– Что изменилось?

– К нам в школу перевелась Миранда, – подтвердила мои догадки Эмили.

– Любовь с первого взгляда?

– Сложно сказать. Но она отличалась от других. Будто излучая теплый свет, притягивающий взгляд окружающих… Микаэль сразу его заметил. И сперва захотел уничтожить, – усмехнулась Эмили. – Потому что ему претило, что кто-то может сиять настолько ярко. Так притягивать внимание и при этом оставаться совершенно невинным.

– Что он сделал? – Я пыталась представить, каким он тогда был. Удавалось с трудом.

– Майк поступил так, как поступают подростки в ваших пресловутых американских сериалах. – Эмили прикончила первый бокал виски и подтянула к себе второй. – Поспорил на нее. На ее девственность. Он хотел трахнуть Миранду и бросить. Все мы знали, что у нее строгие и верующие родители. Ей бы пришлось несладко.

– Предположу, что что-то пошло не по сценарию, – пробормотала я.

– Через неделю они начали встречаться. Тебе ли не знать, что Майк умеет быть настойчивым. А Миранда… она потянулась к нему. Сперва краснела даже от простых прикосновений. При каждой встрече смущалась так, будто никогда прежде не общалась с парнями, хотя их хватало в ее окружении. Но смотрела она только на Микаэля… Не могу этого объяснить, потому что они были полной противоположностью друг друга. Словно день и ночь. И тем не менее отношения завязались легко. Спустя месяц он признался ей, рассказал про пари. Она его простила, и они сделали вид, что ничего не произошло.

Эмили озвучивала поток мыслей, не отрывая взгляда от своих пальцев, обводя по кругу край бокала. Складывалось ощущение, что она полностью погрузилась в прошлое. Транслировала то, что видела в незримом образе.

– Еще никогда я не встречала настолько гармоничной пары, несмотря на их различия. Казалось, Миранде удалось заполнить ту зияющую дыру в душе Микаэля, которая с каждым годом становилась только шире и стремилась поглотить все, к чему он прикасался.

Эмили вернула взгляд ко мне.

– Знаешь, я не из тех, кто верит в исцеляющую силу чувств, – фыркнув, она допила остатки янтарной жидкости во втором стакане. – И все же стала свидетелем настоящего чуда. Думаю, Майк никогда в этом не признается, даже самому себе, но отсутствие родительской заботы в детстве наложило отпечаток на всю его жизнь. Он всегда жаждал любви. Хотел, чтобы нашелся тот, кто примет его без каких-либо условностей. Наша дружба не могла компенсировать его глубинную потребность почувствовать себя особенным. Нужным. Вероятно, Миранда даже не осознавала, что преподнесла ему самый драгоценный подарок, просто полюбив. Искренне. Всецело. Она… – Эмили запнулась, но следом продолжила: – Я уже говорила, что она сияла. Освещала все вокруг. Дарила тепло, даже просто находясь рядом. И с ней Майк изменился. Он стал мягче. Сумел побороть в себе жажду разрушений. Мы не узнавали нашего друга, поражались переменам, но искренне радовались за них.

Описанное Эмили напоминало затишье перед бурей.

– Целый год они упивались друг другом, будучи идеальной и самой яркой парочкой школы. Да и всего нашего окружения, если честно. Пока Миранда не решила познакомить Майка со своим отцом, – усмехнулась Эмили и подозвала официантку.

Пока она заказывала себе очередную порцию виски, я просто наблюдала за ней, поразившись ее сегодняшней открытости. Мне кажется, за все время знакомства она не произнесла в моем присутствии столько слов, сколько за последние минуты.

– Отец Миранды – дипломат, – продолжила Эмили, отпустив официантку. – Ему пришлось переехать в Берлин по долгу службы, и он, разумеется, перевез с собой и семью. Думаю, позже он горько пожалел о своем решении.

– Он выступил против их отношений?

– Да. Отец Миранды знал, что семья Шварц замешана в темных делах города. Сложно его винить, он всего лишь хотел уберечь дочь, но он… – Эмили скривила губы, с силой сжав стакан. – Он даже не дал Майку шанса. Ни единого чертова шанса. Просто заявил, что не потерпит его присутствия в жизни Миранды.

Еще один глоток виски – и она продолжила:

– Вот только не учел, что его девочка уже выросла. Миранда взбунтовалась против родителей. Добавь к этому подростковые гормоны… Ей тогда только-только исполнилось восемнадцать, и она уговорила Майка сбежать.

– Ничего не вышло?

– Как раз наоборот. Мы с Альбертом помогли им скрыться в другом городе. Вот только эмоции схлынули, и Миранда осознала, что поступила опрометчиво. Она захотела вернуться.

– Тогда она и бросила его?

Эмили нахмурилась и посмотрела на меня. Взгляд ее карих глаз будто стремился пробраться в глубь души.

– Он сказал, что она его бросила?

Я кивнула и попыталась вспомнить точную фразу.

– Майк сказал, что она оставила его.

Горький смешок слетел с губ Эмили, а взгляд вновь обратился в пустоту.