Уэбстер Уильям Хеджкок взял Ника под руку и вместе с ним прошел во входную дверь. Дежурными фразами он осведомился о характере заболевания и состоянии здоровья и протянул руку для прощания. Николас ответил на рукопожатие и, не обращая внимание на вспышки фотокамер, попросил пять минут для доклада о некоем очень важном задании. Директор осмотрел возбужденных корреспондентов и, широко улыбаясь, отвел нового знакомого в сторону, обнимая его за плечо, словно старого приятеля.
– Господин, Директор! – тоном заговорщика обратился Николас. – Свое заболевание я заработал в застенках КГБ, когда получал данные о новых подводных лодках русских. Я благодарен судьбе за то, что имею честь служить Великой стране, свободному американскому народу и подчиняться таким мудрым и дальновидным руководителям, как Вы! Я считаю Вас самым подходящим кандидатом на пост президента Соединенных Штатов и сделаю все, что в моих силах для торжества разума и справедливости!
– Спасибо, агент, спасибо за добрые слова, но давайте ближе к делу, у нас мало времени! – широко улыбаясь прессе, ответил Уэбстер.
– Сэр, я много лет был резидентом в СССР и очень хорошо изучил советский народ. Я прекрасно представляю, как уложить коммунизм в дубовый гроб, и прошу Вас подумать над моими словами. Если Вы увидите в них перспективу, то это станет неплохим дополнением к Вашей предвыборной программе, когда Вы будете баллотироваться на главный государственный пост. Итак, для того чтобы добить Советский Союз, я предлагаю организацию в России игорного бизнеса и формирование у населения игровой зависимости. Советский Лас-Вегас быстро наберет армию поклонников и лишит их Вооруженные силы необходимого пополнения.
Установить игровые автоматы в СССР будет непросто. Престарелые партийные бонзы сталинской закалки, несмотря на общепринятые гласность и плюрализм мнений, будут яростно сопротивлялись прогрессу и демократизации общества. Такое явление, как игорный бизнес, покажется им ростками капитализма в социалистическом государстве со всеми вытекающими последствиями. Но я уверен, мы справимся! Далее мне хочется зомбировать противника путем внедрения в быт советских граждан ручных переносных компьютеров, которые будут отвлекать их от всех возложенных обязанностей, я предлагаю…
Если бы Уэбстер не так хорошо владел собой, то заскучавшие репортеры могли бы получить с десяток скандальных кадров. Однако на лице Директора не дрогнул ни один мускул.
– Здесь об этом, скорее всего, нельзя! – перебил он Фостера и развел руками в стороны. – Клянусь Богом, это блестящая идея! Но мы с вами профессионалы и понимаем, что секретную информацию не обсуждают в подобных местах. С Вами свяжутся, агент! А сейчас простите, нас ждут!
Он еще раз пожал Фостеру руку и уверенно двинулся в сторону зрительного зала. Николас, напротив, задумчиво постоял несколько минут, улыбнулся и направился в противоположную сторону…
По странному стечению обстоятельств через некоторое время после этого разговора в Москве произошло событие, которое могло заставить Николаса Фостера поверить в то, что Директор ЦРУ услышал его доводы.
Однажды в кабинет высокопоставленного партийного деятеля вошел член ЦК ВЛКСМ Андрей Зотов. Держался молодой человек уверенно, потому что был единственным племянником бывшего члена Политбюро. Хотя всем известно, что бывших политиков такого уровня не бывает, даже если они на пенсии.
Твердым шагом юноша прошел к столу хозяина кабинета и, наплевав на субординацию, первым протянул руку.
– Здравствуй, дядя Коля!
– Ах, Андрейка! Сколько лет, сколько зим! Как дядя? – закряхтел чиновник, тяжело поднимаясь с добротного кресла ручной работы. Он ответил на рукопожатие и обнял юношу, смачно чмокнув его в щеку.
– Да нормально, ловит рыбу, играет в биллиард, мучается подагрой и материт перестройку. Вот привет Вам передал, сам готовил, – Андрей протянул пакет и добавил: – В гости зовет, в баньку.
– Во дает старина, не забыл! – дядя Коля извлек из пакета бутылочку пчелиной огневки[19]. – Для моего атеросклероза лучше средства нет! Оно, понимаешь, уничтожает холестериновые бляшки в сосудах, против инфаркта – самое то. Мы-то, старые, кроме болячек и не обсуждаем ничего! Да…, а в гости съезжу, обязательно съезжу! А ты по делам?
– Да, дядь Коль, по делам. Помощь твоя нужна.
– Ну, говори ужо, чего тянешь кота за все подробности? – проворчал чиновник.
– Да взялись мы совершенствовать лотереи. Придумали для трудящихся спортпрогноз – популярность сумасшедшая! А то ведь кроме спортлото и денежно-вещевых лотерей ничего нет, скукотища! Там прибыль государства получилась около сорока процентов, так только за первый квартал на сорок три детских сада набрали, уже и строить начали. Второй будем тратить на школы.
– А третий с четвертым куды?
– Как ЦК решит. Многие склоняются к домам культуры и пионерским лагерям, а некоторые хотят кинотеатры и танцплощадки.
– Ну, сорок три сада для Союза – что капля в море!
– Так это ж внебюджет, дополнительно! К тому же только начали, оно же развиваться будет!