– Много! – сконфуженно ответила Клавдия Семеновна. – Поэтому тебе и говорю.
– Ты, мать, в загадайку-то не играй! Говори, коли начала!
– Туфли, рубашку, костюм, – с опаской поглядывая на мужа начала перечислять она. – Плюс за стол, за троих человек…
– И сколь все это будет? – спросил дед, представляя стоимость межконтинентальной ракеты.
– Дорого!
– Ты чего это, мать, сегодня сама не своя? Говори сколь?
– Ну-у-у, костюм в пределах десяти…
– Так он же вроде вообще не собирался, – закашлялся дед. – Говорил, что одни дебилы кругом. А теперь вдруг на – и захотелось. Ты тоже рассказывала, что полкласса не пойдет, а теперь снова под его дудку пляшешь!
– Сейчас ты у меня плясать начнешь! У ребенка выпускной! Это бывает один раз в жизни! Что он хуже других? Почему ты всегда пытаешься сэкономить не пойми на чем?
– Да? А деньги откуда?
– От верблюда! С похоронных возьмем!
– Ну-ну, бери с Богом и не волнуйся! Я, когда копыта отбрасывать начну, сам в могилу закопаюсь, так что деньгов тебе хватит!
– Да, завтра с нами поедешь, – категорично сказала супруга.
– Как?
– Говорю, завтра с нами поедешь. Рубашку тебе выбирать будем!
– Ты мне еще мундир генеральский посмотри! На коль она мне?
– Нужно будет и посмотрю! И вообще сейчас довыступаешься, я тебе еще и брюки куплю!
– Но-но, мать, ты чего разошлась-то? Коли надо рубашку, так что ж я не понимаю?
Выпускной удался. В этом были солидарны Клавдия Семеновна и Митя. Мысли деда остались неизвестны. По поручению классного руководителя он держал речь. Говорил красиво, без своих старческих словечек. Единственное слово свое напутственное он немного затянул, о чем сильно, но недолго переживал.
Дети сделали для родителей небольшой концерт, в котором Митя исполнил одну их главных ролей. Он играл бабушку ученика и был просто бесподобен.
– Вот куда надо было его отдавать, в театр! А ты, мать, как всегда, недосмотрела. Гляди, талантище какое проморгали!
– Конечно, я же одна должна за всем смотреть! У меня же мужа нет! – хлопая в ладоши, автоматически ответила женщина.
Дальше была дискотека, совмещенная с ужином. Родительский стол накрыли отдельно от детского. Есть не хотелось, выпивать тем более. Дед с тоской поглядывал на часы, понимая, что еще чуть-чуть и нужно будет собираться на работу. Клавдия Семеновна выпила немного шампанского и лениво общалась с коллегами из родительского комитета.
Лучше всех чувствовал себя Митя. Видимо, выпускники тайком все же пронесли за свои столы спиртное, поэтому веселились от души. Скорее всего, внук тоже попробовал взрослых напитков и вел себя непривычно активно. Он плясал, участвовал в конкурсах и был не похож на себя. Под утро он прибежал за родительский стол и, обняв опекунов, прокричал: «Деда, баба, я вас очень сильно люблю!»
– Не зря пошли на вечер! – подумала Клавдия Семеновна, утирая слезы.
Хотелось верить в то, что все это говорит не алкоголь, а сам Митя, и он, действительно, любит заботливых опекунов больше, чем компьютер и телефон. Хотелось надеяться, что он оценит все усилия пожилых людей, направленные на его благополучие.
Но юноша не спешил радовать родных людей. Оставшийся до поступления в училище месяц он просидел за компьютером и использовал вовсе не для подготовки к вступительным экзаменам. На комиссию нужно было представить портфолио, состоящее из подготовленных работ различной направленности: живопись, пейзаж, дизайн, графика…
– У меня все нормально! – самоуверенно заявлял абитуриент, посетив несколько подготовительных занятий. – Там у других работы такие себе! Смотреть не на что!
Как ни старались пожилые люди уговорить внука позаниматься, он оставался непреклонным и продолжал «отдыхать от школы».
– Будь как будет! – решила Клавдия Семеновна. – Большой уже! Уверенность в себе – тоже хорошее качество.
К большому сожалению женщины, уверенность внука при поступлении в училище растаяла, как снеговик под майским солнышком.
– Ба, я провалился! – послышались в трубке всхлипывания юноши.
– Так, только не паникуй! Ты где сейчас? – задала не совсем уместный вопрос Клавдия Семеновна, пытаясь собраться с мыслями.
– В училище, – всхлипывания продолжались.
– Успокойся, говорю! Я сейчас буду! – женщина завела машину и неожиданно поняла, что сидит за рулем в халате и тапках.
– Вот это номер! – подумала она и почувствовала нехватку воздуха. – Только приступа мне сейчас не хватает!