— Замри, — услышала тихий шёпот. Он был сейчас вполне осязаем, я чувствовала тепло и мощь его тела. Он провел ладонями по плечам, перебросил волосы, оголяя шею, где истошно билась венка. — Ты приятно пахнешь, — губы прошлись по коже, вверх вниз. Затем он лизнул мою шею, одновременно с этим, забирая сумку из моих одеревеневших рук. — Тише, тише, — он притянул меня к себе, а я тихо поскуливала. Крупная, горячая ладонь прошлась по животу, задирая край футболки. Выше, пока не сомкнулась на полушарии груди.
— Пожалуйста, — всхлипываю. Тело дрожит, колотится. От ужаса волосы начинают шевелиться.
Секунда, и я перестаю его чувствовать.
— Иди вперед, не оборачивайся. Садись в такси. Поняла?
— Да, — хриплю. Полость рта мгновенное пересохла, до состояния пустыни.
— И скажи своему придурку, чтобы держался от тебя подальше. Иди, — легкий толчок в спину и вот я же несусь наверх, со скоростью локомотива. Тело покинуло оцепенение, а вот мозг еще нет.
Люди, что были на смотровой, окинули меня красноречивым взглядом. Да, наверное, вид у меня был безумный, когда я взлетела на холм и шагнула в круг света.
Бегом, не обращая внимание, я бросилась к единственному такси.
— Вы опоздали, — попенял меня таксист. — Выглядите так будто приведение увидели.
«Хуже» — хотелось ответить мне.
— Собака напугала, — слегка продрав горло отвечаю, сжимая дрожащие руки в кулаки. — Мы поедем?
— Уже, — крякнул таксист, поворачивая ключ в замке зажигания.
— Куда мы едем? — через некоторое время интересуюсь я.
— Дамочка, с вами все в порядке? — и называет адрес моего дома.
— Извините.
Правда маршрут был выбран максимально длинный.
В итоге в дом я вошла, когда часы перевалили за полночь.
Зябко ежась, включаю свет на всем этаже, не забывая про освещение двора. В темноте, казалось, стоит он, готовый наброситься.
— Элина, что происходит? — Вадим появился на пороге, выглядел он взъерошенным. — Девочка моя, у тебя даже губы белые!
Прижимаясь к нему, рассказываю все, или почти все.
— Хитрый ублюдок! — рявкает Вадим, впечатывая кулак в стену. — Элли, милая, он тебя не тронул? — отчаянно трясу головой, содрогаясь в рыданиях. — Тише, тише, — говорит Вадим, повторяя слова психа, от чего меня накрывает истерикой.
— Вадим, он… он….
— Тише, девочка моя, успокойся! Пойдем, — Вадим на руках относит меня в спальню.
— Нет! — визжу, вырываюсь. Вадим ошарашен, но не сдается. Протягивает ко мне руки. — Нет! Не трогай!
— Элина! — повышает голос Вадим.
— Не трогай! Он сказал, чтобы ты держался от меня подальше! Уходи, Вадим! — отскакиваю, жмусь к стене, выставив вперед руки. — Уходи!
— Черт возьми, это безумие! — орет Смирнов, его глаза блестят, ноздри раздуваются, он выглядит злым. — Мне похуй, что он там сказал! Ты моя женщина! Моя!
Я слышу трель телефона, и оттолкнув Вадима, несусь вниз.
— Прошу прощения, что прерываю семейные разборки, — ядовито насмешливый тон. — Платье для золушки прибыло. Иди в гараж, трубку не клади.
В точности выполняю, что мне говорит, стараясь сдерживать слезы и всхлипы.
Платье лежит на полу, в том самом месте, где лежал Саша, в ту злополучную ночь.
— Нравится? — сгребаю с пола, прижимая к груди, возвращаюсь в гостиную. Вадим там. Не сводит с меня взгляда. — Я задал вопрос!
Раскладываю платье на диване:
— Здесь нет крови, — шепчу, лихорадочно разглядывая материю.
— Конечно, нет. Откуда ей взяться? — хохотнул он. И совершенно другим тоном: — Что я говорит тебе по поводу придурка? М? Знаешь, он мне надоел. Дай-ка ему трубку.
Лицо Вадима каменеет, едва трубка касается его уха. Мне не слышно слов с того конца.
— Иди нахуй, мудак! — вдруг рявкает Вадим, одновременно с этим меняясь в лице. Ахаю, прижимая ладони к губам. Смирнов разворачивается на пятках и идет к двери, не отнимая трубку. Шаги резкие, спешащие. Бегу за ним. На коврике конверт. Вадим поднимает его, а я не могу сдержать стон боли. Это никогда не кончится!
Видимо получив разрешение, Вадим отключается. Кладет на кухонный стол трубку и конверт.
— Что это? — я не узнаю собственного голоса. Вадим сверлит меня долгим тяжелым взглядом, прежде чем открыть конверт и бледнеет на глазах. — Что? — на ватных ногах огибаю стол и вырываю из его рук снимок. — Вадим? — меня трясет. — Что это? Что это, черт возьми? — замахиваюсь и бью его в грудь. Смирнов отступает. — Это ты убил Сашу? Ты?!
На фотографии Вадим, стоит рядом с телом мужа. В гараже. Фото очень напоминает то, что я получила не так давно. Вот только время на фото, говорит о том, что Вадим был в доме, как раз тогда, когда я выла под дверью его квартиры.
— Элина, нет, — хрипит он, уворачиваясь от моих ударов. — Нет!
— Ты соврал! — размахиваю снимком перед его лицом. — Ты сказал, что поехал домой! Но я была у тебя, слышишь? Была!
— Что? Элли…
— Я за тебя испугалась, толкнула мужа и бросилась к тебе! Но мне никто не открыл! Хотя ты сказал, что был дома! Ты соврал! — я охрипла. — Вот почему ты был в той же одежде! Вот почему приехал так быстро! Ты никуда и не уезжал!