– Я голодна, – вдруг проговорила Мерси, отложив в сторону компьютер.
Такого Алекс не ожидала.
– Перекуси печеньем или… – Она полезла в сумку и достала приготовленные Доуз блинчики с шоколадной крошкой.
– Ты таскаешь завтрак с собой в сумке?
– По правде говоря, постоянно.
Мерси съела большую часть блинчиков. Алекс приготовила две чашки кофе, а после начала рассказывать – об обществах, Дарлингтоне и заварушке, случившейся на первом курсе. Слова лились из нее, и брови Мерси постепенно взлетали все выше. Время от времени она кивала, то ли поощряя Алекс продолжать, то ли просто захваченная рассказом.
В конце концов Алекс замолчала. По большей части она рассказала, что могла, хотя и не для каждой хранимой тайны нашлись слова. Все вокруг казалось слишком обыденным для подобных историй: по лестнице эхом разносился звук хлопающих дверей, кто-то кричал во дворе, по Йорк-стрит мчались машины. Алекс знала, что рискует опоздать на встречу с Доуз, но даже не пыталась достать из кармана телефон и проверить время.
– Значит, – медленно проговорила Мерси, – это там ты сделала татуировки?
Алекс чуть не рассмеялась. В конце учебного года никто даже не упомянул о внезапно появившихся на ее руках пионах и змеях со звездами – словно бы не в силах поверить, что такое возможно, все просто сделали вид, что так было всегда.
– Нет, но Дарлингтон помог на время их спрятать.
– С помощью магии? – спросила Мерси.
– Ага.
– Которая существует на самом деле.
– Ага.
– И она суперсмертоносная.
– Точно, – подтвердила Алекс.
– И довольно мерзкая.
– Очень мерзкая.
– Летом я много молилась, – призналась Мерси.
– Это помогло? – Алекс постаралась не выказать удивления.
– Частично. Еще я занималась терапией. Скачала приложение и какое-то время разговаривала о том, что произошло. Так я хотя бы перестала все время об этом думать. Я даже пыталась беседовать с нашим пастором, вот только ничуть не сожалею о смерти Блейка.
– А должна?
Мерси рассмеялась.
– Конечно. Алекс, прощение должно даровать исцеление.
Однако Блейку было чуждо милосердие, он ни о чем не просил, а просто шел по миру и брал все, что хотел, пока не столкнулся с преградой.
– Я не умею прощать, – призналась Алекс. – И вряд ли хочу учиться.
Мерси покрутила в пальцах край свитера, рассматривая плетение, как будто перед ней был текст, нуждающийся в переводе.
– Расскажи, как он умер.
Алекс не спорила. Она не стала упоминать ни ритуал новолуния, ни Дарлингтона, а начала с того, что Блейк ворвался в Il Bastone. Поведала о драке, о том, как он, применив контроль, обездвижил ее и начал бить, а потом Доуз проломила ему череп мраморным бюстом Хирама Бингэма Третьего. Рассказала, как Блейк плакал и что сжимал в руке монету принуждения. Им управлял декан Сэндоу, пославший парня убить Алекс.
Мерси все так же теребила пальцами свитер, не сводя глаз с кусочка шерсти тыквенного цвета.
– Я не то что не жалею… – наконец проговорила она; низкий дрожащий голос почти походил на рык. – Даже рада, что он сдох. И ощутил на своей шкуре, что значит бояться и быть не в силах управлять собственным телом. Я… рада, что он умер в страхе. – Она взглянула на Алекс полными слез глазами. – Но почему до сих пор так сильно злюсь?
– Не знаю, – проговорила Алекс. – Но ты не одна такая.
– Я столько раз прокручивала в памяти моменты вечеринки. Что надела, о чем говорила. Почему той ночью он выбрал меня? Что увидел?
У Алекс не было ответов на эти вопросы. И что она могла сказать?
– Он тебя вообще не видел, – пояснила Алекс. – Люди вроде него… нас не видят, а замечают лишь возможности, за которые можно ухватиться.
Хотя бы в этом Мишель права.
– Ты словно говоришь о магазинной краже, – пробормотала Мерси, вытирая слезы.
– Отчасти так и есть.
– Только не лги мне больше, ладно?
– Постараюсь.
Ничего другого Алекс обещать не могла – иначе ей пришлось бы снова солгать.
Весь оставшийся час Алекс отвечала на вопросы Мерси о магии и «Лете». Она ощущала себя словно на экзамене, но рассудила, что в долгу перед соседкой, и старалась объяснить все как можно лучше. И заодно постепенно осознавала неприятную правду: Мерси была бы отличным кандидатом для «Леты». Она хорошо училась, бегло говорила по-французски и неплохо разбиралась в латыни. Однако никого не убивала, а значит, не годилась для их целей.
– Удачи, – пожелала Мерси, когда Алекс собралась на встречу с Доуз. – Надеюсь, ты не умрешь и не покалечишься.
– По крайней мере, не сегодня.
– Ты из-за Дарлингтона не ходишь на свидания?
Алекс, уже коснувшаяся рукой дверного косяка, застыла на месте.
– А при чем здесь он?
– Ну, он ведь не твой кузен. К тому же один из самых привлекательных парней, которых я знаю.
– Он мой друг. И наставник.
– И что?
