"Она не убийца, а просто отомстила за смерть родных, - заступился я за златовласку. - А так Энжель хорошая. - И задумчиво добавил. - Она вообще как не от мира сего... Такая удивительно чистая и доверчивая... Вся мирская грязь словно стекает с неё, не пятная её душу... А ещё Энжель поразительно стойкая... Пережить в детстве такую трагедию и не озлобиться на весь мир и не закостенеть душой..."
"Да, девчонка явно не в себе", - подтвердил рогатый, совсем не так интерпретировал мои слова.
"Сам ты не в себе!" - рассердился я на беса, сбившего меня с возвышенных мыслей о духовном облике Энжель.
"А что сразу я? - возмутился он. - Не я же был тем идиотом, что придумал инициировать для ребёнка ритуал обретения талиара! Неудивительно, что она неадекватна! В обратную сторону связь между хозяином и талиаром действует, конечно, очень слабо, но и личности маленькой девочки и разменявшего не одну сотню лет истинного оборотня несопоставимы! Вот и произошло то что есть - её нисколько не задевают смерти людей! Они для неё в порядке вещей! Как дождик или снег!"
"Что-то я никогда не слышал об обратном влиянии связующих уз", - недоверчиво покосился я на хвостатого. - Они же только в одну сторону действуют..."
"А ты ещё больше слушай всяких недоумков, они тебе и не такого нарассказывают! - фыркнул задравший пятак бес, но не стал задаваться и примирительно проговорил: - Да ты сам, своей головой подумай, и сложи все факты. Неспроста же гвардейцы там всякие и прочие вояки проходят ритуал обретения талиара уже будучи взрослыми, хотя начинают постигать искусство боя с детства. Что они все ослы что ли? Если каждому известно, дети куда легче осваиваются с новообретёнными способностями, за счёт чего становятся затем более эффективными бойцами. Почему же они отказываются от подобного усиления?"
"Да, что-то в этом есть, - призадумался я над приведёнными бесом доводами. И покачал головой: - Но неужели родители Энжель не сознавали грозящей их ребёнку опасности?.."
"Может, у них другого выбора не было? - предположил бес и опять забравшись мне на плечо, прошептал на ухо, стреляя глазками в сторону Энжель: - Слушай, а ты уже придумал для себя оправдание гнусного предательства интересов империи? А то я могу помочь тебе что-нибудь выдумать!"
"Ты чего мелешь бес? - нахмурившись, сердито осведомился я. - Какое ещё предательство?"
"Только не говори мне, что ты ещё не решился спасти эту очаровашку Энжель! - заговорщически подмигнул мне бес. - Ты ведь видел, во что превращаются люди проведшие всего-то пару-тройку лет на этих ваших славных соляных озёрах? - И восхищёно зацокал языком. - Не иначе кто-то из наших подсказал вашему правителю идею устроить там каторгу! Изумительное получилось местечко! До того пробирающее, что побывавшие там однажды преступники, при поимке за новые делишки бьются со стражей с яростью зверей, лишь бы не угодить на озёра снова!"
Невольно бросив взгляд на прелестную златовласку, я содрогнулся, живо представив, что с ней сотворит каторга. Из памяти сам собой вылез образ Ханны Ольвейн, жутко обаятельной и привлекательной кельмской преступницы, которую угораздило как-то порезать самого главу второй управы, эйра Гатора. Правда по достоинству оценить её внешность я тогда не мог - слишком мал был, когда она загремела на каторгу, но знакомые с ней горожане утверждали, что девица была весьма хороша. Я же хорошо запомнил уже другую Ханну Ольвейн - ту что привезли с соляных озёр через пять лет. Никто не дал бы той, согнутой непосильным трудом, иссушенной знойным солнцем, старухе, с безумным взглядом пронзительно-голубых глаз, с кожей покрытой незаживающими язвами и многочисленными шрамами, её двадцать пяти лет... Кельмские бандюги тогда декады на две притихли... Очень уж им не хотелось повторить судьбу Ханны.
Бросив злой взгляд на паршивца хвостатого, я выругался про себя. Вот же поганый бес! Знает о чём завести разговор, чтоб напрочь испортить настроение. Специально ведь подначивает, чтоб мой выбор оказался мучительно сложным, даже если окажется что Энжель действительно служит Аквитании. Если можно как-то оправдать ненадлежащее исполнение своих обязанностей в отношении запутавшейся в проблемах девушки, то совсем другое дело устроить побег настоящей преступнице... Это действительно предательство... Но ничем не лучше и тяжкий груз знания на душе, что твоим попустительством златовласка сейчас медленно умирает на соляных озёрах... Ведь вряд ли когда-нибудь удастся забыть, что я мог спасти её от этой участи...
