"...Очевидно, что наш подопечный что-то заподозрил, так как ничем иным нельзя объяснить столь внезапное изменение способа провоза контрабандных грузов. Теперь же после поднявшейся шумихи можно ожидать, что все нити, ведущие к голове этой гидры, будут обрублены. И шансы взять предателя с поличным становятся совсем призрачными. Единственной зацепкой остаётся уплаченная адептами тёмного ковена сумма - несомненно, высокому покровителю контрабандистов поставят в вину потерю груза и потребуют возвратить деньги. Будем надеяться, что предателя вынудят к каким-то действиям, которые позволят нам вывести его на чистую воду.
В целом же должен признать, что только благодаря безупречной работе стражи нам удалось выявить контрабандный груз. Поэтому я ходатайствую о поощрении отличившихся стражников. А главного героя событий, уничтожившего тёмного приспешника, Кэрридана Стайни прошу представить к награждению орденом "Страж Империи" третьей степени. Посмертно."
- Ой-ё... - простонал я, сжав ладонями голову, и осторожно приоткрыл один глаз. И тут же зажмурился, ослеплённый яркими солнечными лучами, проникающими в комнату. Оконную ставенку забыл вчера прикрыть...
Окончательно проснувшись, я подскочил с постели и сразу же рухнул назад, задохнувшись от вспышки пронзительной боли. Собирающаяся расколоться на части черепушка всё же привычная вещь после знатной пьянки, а вот будто пронзившие грудь огненные иглы, это уже не шутки.
Отдышавшись, я осторожно встал и, покачиваясь, подошёл к окну. Сделал всего-то пять шажков, а как трудно они дались... Если срочно не поправить здоровье, то лучше мне помереть прямо сейчас, а не мучиться ещё два дня.
Посмотрев на стоящий у крыльца экипаж с дремлющим на козлах извозчиком, я крикнул, а вернее прохрипел: - Фрай!
- А?! - подскочил извозчик и завертел головой.
- Что, а? - откашлявшись, сердито спросил я. - Рассвет когда был? Ты чего постучаться не мог?
- Так стучался я. В дверь тарабанил так, что дом дрожал. И кричал, - уверил меня Фрай, протирая тыльной стороной ладони заспанные глаза. - Не дозвался только. А соседи ваши пообещали меня помоями окатить, если я не прекращу орать тут ни свет ни заря. Ну, я и жду тихонечко.
- Ладно, сейчас мы, - успокоившись, пообещал я. Что уж теперь поделаешь - ушедшего времени не вернёшь...
Подойдя к стоящему у дальней стены старому зеркалу в массивной раме тёмного дерева, я посмотрел на своё отражение. Жуть. Как бы за выбравшегося с погоста упыря не приняли. Взъерошенный и помятый. Лицо белое-белое... А загара как и не бывало. Тёмно-серые мешки под глазами и налитые кровью глаза тоже добавляют выразительные штрихи к портрету беспробудного пьяницы. И никому не докажешь что посидел только вечерок, а не квасил добрую декаду.
Махнув рукой своему отражению, я отвернулся. Неохота и смотреть на эдакую рожу. И пошлёпал к двери. На ходу подхватил валяющийся на коврике пояс с оружием, но переоценил свои акробатические возможности. Когда разгибался меня повело вбок, и я чуть не свалил эту дурацкую лоймскую вазу, стоящую на тумбе у стены. Надо было давно её выкинуть или задарить кому-нибудь. Всё равно не нужна. Да теперь уж пусть остаётся. Может, Роальд с Трисс найдут ей применение, когда дом отойдёт им.
- Вельд, ты живой? - воззвал я к своему приятелю с верха лестницы.
- Не знаю... - спустя некоторое время простонал тот.
Спустившись вниз, я обнаружил две початых бутыли вина на столике у лестницы и тут же цапнул ближайшую. Глотнул, и сразу полегчало. Прямо-таки целительное зелье, а не вино.
- Дай и мне хлебнуть... - простонал приоткрывший глаза Вельд, и вытащив из-под подушки трясущуюся руку, протянул её ко мне.
Пока поправлялись, не меньше четверти часа минуло. Ну зато взбодрились и жизнь перестала казаться такой уж унылой. Меня, правда, продолжали донимать вспышки боли в груди, но с этим пришлось смириться.
- Кэр, а куда ты хотел-то на рассвете ехать? - спросил Роальд. - Что-то я запамятовал...
- Да уже никуда, - с досадой махнул я рукой. - Проспали.
- В порт собирались, - вспомнил Вельд. - Посидеть на открытом балкончике "Чёрной жемчужины" и поглядеть на море.
- В управу поедем, - осторожно потрогав обматывающий моё туловище кокон, сказал я. - Надо к тьеру Эльдару заглянуть.
- Надо так надо, - решительно поднялся с кресла Роальд.
Фрай видимо решив, что мы куда-то опаздываем, погнал так, что у меня глаза на лоб полезли. В грудь будто дубиной ударяли на каждом выступающем из мостовой камне. И это только первый день прошёл... Что ж дальше-то будет? Неужто придётся лежать без движения и скулить от боли?
Выбираясь у управы из экипажа, Вельд даже поинтересовался у меня, отчего я так мрачен. Да что ему скажешь? Сославшись на излишне выпитое, я подмигнул приятелю и, обогнув его, пошёл вперёд.
- Ну как ты Кэр? - поинтересовался целитель, оказавшийся на месте.
- Да так себе, - пожал я плечами. - Голова болит малость, и грудь огнём горит.
- Это ещё ничего, это мы сейчас поправим, - успокоил меня тьер Эльдар, бухнув в стаканчик какого-то сиреневого зелья из склянки.
