Пока мы сидели, открыв от обалдения рты, поэт наш плюхнулся рядом с нами и спокойно продолжил свою тему:
— Это — классика. А есть и другое. Кстати, и йоги, к вашему сведению... — Тут Игорек задумался, а затем продолжал: — Значится, так. Кто из вас слышал о Тантра-йоге? Так вот. По тантризму один из вариантов — выделение энергии вследствие занятий любовью. Так что когда парочка начинает крутить любовь, то энергией несет от них, что от АЭС! А вот на что ее направить... О! Есть идея! Давайте-ка попробуем, а я затем сконцентрирую то, что получится. Только искренне! Не стесняться!
Надо ли говорить, что в процессе этого монолога поникшие наши члены вновь налились силой и...
Лешка склонился ко мне, я к нему. Наши губы ласкали друг друга в самых неожиданных местах. Слегка щекоча друг друга губами и языком, мы доводили друг друга до дрожи, до экстаза. Игорь же тем временем вынул из висевших на стуле брюк ремешок и одел его прямо на голое тело, потуже затянув его на поясе. Затем сгреб все наши и свои шмотки в простыню, завязал ее на манер тюка и прицепил к пояску.
Мы абсолютно не поняли, что это вдруг взбрело ему в голову. Но и не старались понять. Разве до того нам было!
И тут Игорь присоединился к нашей игре. Его губы ласкали наши ягодицы, дразнили члены, а жесткая кучерявая шапка волос приятно щекотала наши тела.
Вдруг я, извернувшись, закинул ноги ему на плечи, и колени мои приятно погрузились в сферу черного одуванчика волос.
Игорь сделал молниеносный выпад, словно выстрелил, и вонзился в меня. Я ощутил, как горячая волна прошла по моему телу. Лешка же впился губами в мой член, свой оставляя на съедение мне. От волнения и страсти кожа моя покрылась пупырышками, по ней бегали мурашки, как от разрядов грозы, но это только увеличивало сладость этих минут. Где-то вдали не прекращаясь гремел гром. Но я не понимал, как это странно — гроза среди ясного неба. Я был всецело в Любви!..
Казалось, что мы начали светиться от счастья. Казалось?! Сквозь волны блаженства я все же увидел, что тела наши светились голубоватым светом электрических разрядов, с каждой секундой все ярче и ярче. И свет шел не от грозы — нет, он шел от нас. Казалось, это наша любовь зажигает огни. Да и грозу за окном.
Все трое одновременно приблизились к заветному рубежу. Еще мгновенье! Еще чуть-чуть...
И грянул гром! Ослепительная вспышка, вылетевшая из нас вместе со стоном и влагой. Вспышка, сменившаяся вмиг чернотой.
Мы падали! Нет, мы взлетали! Нет, мы летели, куда мы хотели! Трое, слившиеся воедино в любви, мы летели сквозь расколовшийся мир, сквозь тьму, сквозь концентрические круги к огонькам среди них... И любовь наша была сильней извечного страха пустоты...
Забавно: трое в полете, не считая кулька с одеждой... В полете сквозь лопнувшее пространство...
Мы так и вернулись.
Лешка — с Кольцом.
Я — с Монеткой.
А Игорь, разумеется — с пуговицей-амулетом... Да, мы вернулись. Потом. И объявили ошарашенной медичке, что сбегали на пруд купаться. А что, вода-то парная. Для здоровья полезно. И если она наш фонарик приняла за вспышку молнии — так кто же ей лекарь!
И она, кажется, поверила.
Но сколько же мы еще летали!
Потом...
