– Ну у меня мало что и было: жил с родителями. Да и финские власти заставляли выписываться из Эстонии. Я уж не помню точно, как это всё было. Наверное, чтобы получить ПМЖ в Финляндии, нужно было выписаться и привезти справку от эстонских властей – ну, дескать, если вы оттуда бежите и помощи просите, значит, у вас там ничего и не должно быть! Это правило, мне кажется, было не всё время. Бюрократы везде одинаковые. Как чуть власть почуют, так и начинают требовать! Чётких законов или правил насчёт нас ведь не было. Койвисто сказал: «Добро пожаловать!» – финны ингерманландские и поехали. Широкий жест, конечно, спасибо! но что дальше-то? Видимо бюрократам приходилось на коленке всё сначала рисовать, поэтому правила и были в разные времена разные. Так что, у нас в Эстонии ничего не осталось. Квартиру родители продали за копейки – никому же там ничего не нужно было – все стремились уехать. Ни тогда не нужно было, ни сейчас. Смотрел по «Гуглу» посёлок, где моя мама после войны жила в Эстонии – одни развалины от тех зданий. Я вот мечтал тут с Вами о том, каким государство Российское должно быть. Бюрократы и начальники везде одинаковые – как только власть почуял, так сразу для него люди мусором становятся. Конечно, в Финляндии это не так в глаза бросается, да и контроля за ними, видимо, больше, злоупотреблений меньше. Там проще контролировать: во всей стране всего-то населения – меньше, чем в Питере. Помню, в полиции над нами одна девчонка за стеклом издевалась. Мы же туда как возвращенцы ехали, или есть ещё слово «репатрианты». Ну, то есть финны или их потомки, которые уехали когда-то из Финляндии и теперь возвращаются. Ну как староверы теперь в Россию из Южной Америки едут. Ну так вот, мы с товарищем по-фински еле-еле, а она требует, чтобы мы вот именно это слово «возвращенец» в каком-то бланке написали по-фински. А какое слово она от нас хочет, не говорит, дескать, если мы возвращенцы, то должны это понимать, ценить, ну и в ножки им кланяться! Такая, знаете, мелкая пакость: ей приятно, а мы потеем. Дело в том, что никакими возвращенцами обычные финны нас не считали, да и сейчас не считают! Мне тут одна хорошая знакомая с еврейскими корнями, русскоязычная, конечно, рассказывала, что в Израиле такая же история: евреи из России у них там тоже не совсем полноценные евреи. Кстати, пришло на ум, что было бы неплохо на наших олимпийцев, которые ездили в этот, в Южно-Корейский, как его? ну, короче, прицепить на их серые робы что-то вроде жёлтой Звезды Давида. Было был очень органично. Не находите?.. Извините, очень чёрный юмор… Видимо, я достиг какой-то точки кипения… Да. Так вот. Наверное, к репатриантам из Швеции или там из Америки в Финляндии гораздо более уважительное отношение: во-первых, их, по сравнению с нами, не так много, а во-вторых, английский там очень даже любят. А шведский? Шведский даже как-то трудно охарактеризовать. Вроде он и разделяет финское общество, но… к нему отношение, как к священной корове: и убить нельзя, и толку никакого. Сложно, в общем. А чем они нас лучше?
– Но Вы ведь и сами себя не считаете полноценным финном.
– Да, верно, не считаю. Я больше русский. И вовсе не собираюсь с пеной у рта доказывать обратное. Я совесть имею. А моя мама? Она ведь действительно чистокровная финнка. Она до восьми лет пока в школу русскую во время войны в Ярославской области не пошла, не умела по-русски вообще говорить. Моя бабушка по-фински стихи писала! И чем они хуже американских финнов?! Только тем, что американский акцент больше теперь ценится! Пусть покажут, где, в какой конституции это написано! И почему к русским такое отношение сейчас в мире? Или в Финляндии? А чем финны нас лучше? В их концлагерях отношение к русским было лучше, чем в немецких? Ну, спасибо!
– Ну, это Вы уж чересчур!
– Да ничего не чересчур. Они ничем не лучше других. В определённых условиях все люди становятся зверьми или в них проявляется это наше глубинное зверьё. Что немцы, что русские, что финны, что эстонцы. И финны пошли в наступление, когда появилась возможность, и концлагеря понастроили в той части Карелии, которая никогда не была финской. Да если бы чувствовали себя поувереннее, так, может… и отношение было бы… как у их главного союзника.
– Ну, это Вы, всё же зря, нет?
