Прежде ежемесячные выезды на тантру проходили в частном доме в Коломне. На этот же раз мы поехали в Барыбино. Дом в Коломне был уютным и обжитым, и наш тренер ни за что бы оттуда не уехал, но произошёл конфликт с хозяйкой дома, и нам пришлось искать другое место для занятий. Дом в Барыбино был специально построен для занятий боевыми искусствами: просторный зал с жёсткими матами, маленькие кельи. В общем, жёсткий дом, не Коломна. Мы решили его хоть как-то смягчить, потому что у нас было много практик, связанных с агрессией, и такая боевая обстановка могла привести к непредсказуемым результатам. Стали вешать какие-то цветные тряпки на стены, натягивать нитки.
Я помогал Серёже [Слюсареву]. Он знал, что мы ходили к Рубцову, и почему-то начал нас подкалывать на тему Пробуждения. Мне это показалось очень странным. Серёга выглядел не очень. У него опухли левый глаз и щека. Оказалось, что он сам только что вернулся с какого-то тренинга. Причём ему пришлось уехать с середины, чтобы проводить нашу тантру. Я напрямую связал его опухший глаз с тем, что он, не успев выйти из одного процесса, пытается начать другой.
Начался тренинг, и, как мы и предполагали, агрессия попёрла у всех и сразу. Я чуть не избил одного типа, который меня толкнул, — хорошо, что вовремя остановился. К концу тренинга начались более серьёзные неприятности. У Вики что-то защемило в спине, и она со страшными криками рухнула на пол. Один мальчик подвернул ногу и не мог ходить. Пришлось вызывать «скорую». Оказалось, что ничего серьёзного не произошло, но осадок остался у всех. Для меня, привыкшего прислушиваться к сигналам природы, это был явный, намёк на то, что с тантрой пора завязывать.
