Королев еще раз продумал, правильно ли он поступает. Он давно хотел рассказать хотя бы часть правды, но сомнения оставались. Неужели главный подарок потомков действительно работает? Как он точно знал, потомки являлись в 'вещих' снах не только ему одному, но на прямой контакт выходили только с ним. Ну, и с его американским коллегой, Фон Брауном. Поэтому, только два человека в этом мире знают, что на самом деле происходит. Теперь узнают еще трое. Утешало лишь то, что этим троим Главный доверял абсолютно.
— Ладно, субчики-голубчики, — вздохнул Главный, чуть понижая голос. — Расскажу вам, и то лишь потому, что 'жучков' в этом кабинете нет. Держите эту информацию при себе. Сейчас поймете, почему.
Он жестом пригласил гостей рассаживаться по креслам, которые именно для таких случаев стояли в его кабинете. Королев, ничуть не стесняясь, присел на край стола, как студент-первокурсник, подчеркивая неформальный характер разговора. Не спеша, но и не вдаваясь в лишние подробности, он поведал друзьям и коллегам о посланиях из будущего, о помощи, научных озарениях и передаче технологий. Рассказал о враждующих инопланетянах и угрозе, которую потомки пытаются парировать, и напоследок оставил самые убойные сведения.
— У них история пошла совсем иначе, — добил он потрясенных слушателей. — Я умер в 66-м году, и до Луны мы так и не добрались. Только автоматами. Американе слетали всего шесть раз, и потом все зарубили на корню. До середины будущего века на Луну никто не летал, а про Марс и речи нет. Ядерные двигатели задушили в зародыше как вредные и дорогие. Стали строить орбитальные станции, но это затянулось на десятки лет, и дальше низкой орбиты никто не полетел. Понимаете? Все, что у нас случилось, это результат их влияния.
— Но почему они помогали капиталистам? — возмутился Валентин. — Разве у них не высшая форма развития общества?
— Видимо, с развитием общества у них примерно так же, как с полетами на Луну, — язвительно осадил друга Королев. — Они мало рассказывали про политику, но что-то мне подсказывает, что ничего хорошего нас не ждало. Теперь, я надеюсь, все будет иначе. И у нас, и у американов. Вот взять, хотя бы, президентов. У них в 63-м году застрелили Джона Кеннеди, а в 68-м его брата, Роберта.
— А у нас Джон два срока отсидел, — фамильярно хмыкнул Келдыш, лично знакомый с легендарным президентом. — А потом Джонсон четыре года отработал.
— А у 'них' президентом стал Никсон и похерил все перспективные направления, — проворчал Королев. — Закрыл полеты на Луну, атомную тему и много всего другого.
— Никсон? — удивился Курчатов. — Это тот, который пожизненно сидит?
— Он самый, — кивнул Королев. — Потомки рассказали, что его и близко нельзя к Белому Дому подпускать. Видимо, это их рук дело. А у нас Никиту Сергеевича должны были сместить в шестьдесят четвертом.
— Так он и сам ушел через два года, — отметил Келдыш. — Сколько разговоров было про 'комсомольскую смену'! А вот оно что, оказывается…
— Теперь неважно, — отмахнулся Королев. — Нам нужно исследовать резонанс и строить большие исследовательские корабли для дальнего космоса. И часть из них подарить потомкам. Теперь вы тоже знаете, к чему все идет. Возможно, придется посвятить еще нескольких, особенно из числа проектировщиков. Но от вас мне нужно компактное устройство. Это ключ ко всему.
— Сильно, — потрясенно пробормотал Валентин. — И почему-то верится во все эти чудеса. Даже если ничего не выйдет, 'подарки' у нас останутся.
— Устройство мы сделаем, — подтвердил Келдыш. — Приоритетное финансирование уже выделено. Через год или даже раньше мы запустим новую установку, и можно будет проектировать двигатель на этой основе. Параллельно, можно будет строить промышленные электростанции.
Королев довольно кивнул, не в силах сдержать широкой улыбки. Вот теперь, и только теперь, можно строить по-настоящему грандиозные планы. Двадцать лет прогресс подталкивали, подбадривали, гнали вперед лучшие умы своего времени. Химические двигатели сделали доступным околоземное пространство. Ядерные моторы открыли для человека Солнечную систему, и долго еще останутся основным средством межпланетного перемещения. Но когда подоспеют новые изделия на основе резонанса, это даст ключ к звездам, да и ко всей вселенной, пожалуй!
Не об этом ли еще совсем недавно мечтал простой парнишка из Житомира, ставший когда-то инженером и пилотом? Хотя, если подумать, то даже мечта полететь самому оказалась не столь уж несбыточной. В конце концов, в Спирали четыре кресла, а мясники в белых халатах, единственные, кто мог помешать его задумке, только руками разводили. Шестьдесят пять лет, и что с того? Четыре 'же' на центрифуге он выдержал спокойно, вестибулярка у него железная, полет короткий, всего пять дней, до 'Мира' и обратно! Чего бояться? С Германом Титовым в качестве командира вообще можно ни о чем не волноваться. Космонавт-исследователь Павел Сергеев! Звучит гордо! А остальное неважно. Главное, он успел увидеть своими глазами почти все, что знал из своих снов, и это было прекрасно.
