Сначала женщины придирчиво присматривались друг к другу, но необходимость находиться в одной квартире мало-помалу заставила их разговориться. Пока они готовили ужин, Влас пытался приручить дочь. И это ему удалось без особого труда. Может быть, в ней говорили его гены.
За ужином мужчины распили бутылку водки, потом все вместе пытались смотреть телевизор, но после пережитых треволнений всех клонило в сон. Ирина постелила Лалинэ в своей спальне, мужчины расположились в комнате на диване.
Справившись со всеми делами, Ирина вошла в спальню, постояла при выключенном свете и, делать нечего, прилегла на край кровати, где спала Лалинэ.
Лалинэ вздохнула так, будто перед этим плакала.
— Лалинэ, ты не спишь?
— Нет.
— И мне не спится. Если можно, расскажи, как ты познакомилась со Славой.
Лалинэ, сначала с неохотой, а потом увлекшись, рассказала свою женскую историю. Ирина в ответ поделилась своими тяготами.
Лалинэ, выслушав, погладила ее по голове, как маленькую.
— Какая же ты слабая и ранимая. Я думала, только у меня сложилась такая тяжелая жизнь.
Проговорив полночи, они наконец уснули.
Влас, волнуясь, несколько раз подходил к двери спальни, пытаясь расслышать, о чем говорят между собой женщины; в конце концов мирный тон голосов его успокоил, и он уснул.
Утром, зайдя в спальню, Влас обнаружил, что, кроме спящей дочери, там никого нет. Лалинэ на кухне готовила завтрак.
— Ну как спалось? — целуя ее в голову, поинтересовался он.
— Почти всю ночь проговорили с Ириной.
— И до чего же вы договорились?
— Везет тебе на таких дурочек, как мы с ней.
— Надо уметь искать! — пошутил Влас. — А куда делась Ирина?
— Ушла на работу отпрашиваться. Спросила у меня, сколько ты тут пробудешь.
— И что ты ей ответила?
— Сказала, что три дня. Верно?
— Думаю, мне их должно хватить, — согласился он с женой. — Скажи, а какое мнение сложилось у тебя об Ирине?
— Не знаю что и сказать. Таких женщин сейчас редко можно встретить. Вижу, что она тебя любит, но уверена и в том, что, если бы я попросила ее тебя к себе не подпускать, она бы мою просьбу выполнила.
— А ты просила ее об этом?
— Не посмела. И тебе ничего не запрещаю. Пускай ваши поступки будут на вашей совести. К тому же как женщина я сейчас мало на что гожусь, так что у тебя есть шанс.
— Зачем ты так говоришь?
— Только не из жалости к тебе…
Оставив Лалинэ на кухне, Влас достал из тайника в комоде пятнадцать пачек с долларами. Из начатой пачки Ирина денег не брала, хотя имела на то его разрешение. «Какая она все-таки упрямая», — подумал он, впрочем, не удивляясь ее поступку. Годы, как видно, так и не изменили ее взглядов на жизнь.
С одной стороны, Власу было приятно, что она именно такая, а с другой — обидно, что люди ее честность принимают за глупость. Ведь жизнь не раз наказывала ее за доверчивость.
Влас уложил десять пачек в матерчатый пояс с карманами, который привез с собой, а пять вернул в тайник. Управившись, сообщил на кухне Лалинэ:
— Я оставил Ирине около пятидесяти тысяч долларов, а сто тысяч ты повезешь домой.
— Хозяин — барин. Как ты решил, так и будет.
— Разве у тебя нет своего мнения на этот счет?
— А о чем тут спорить? Ты по отношению к Ирине поступил справедливо, ведь она растит твою дочь.
С возвращением Ирины квартира оживилась.
За завтраком Влас сказал ей:
— Ирина, чтобы вы могли безбедно жить с дочкой, в тайнике я оставил тебе около пятидесяти тысяч долларов, как и обещал.
— Мне вполне хватит десяти, остальные деньги пусть Лалинэ увозит, — удивила она Лалинэ своим ответом.
— Ты чего это от денег отказываешься? — сделала ей замечание Лалинэ.
— Ты же мне ночью рассказывала, что за деньгами Славы шла охота, когда он уезжал отсюда. Боюсь, что если это ворье узнает об оставленных у меня деньгах, их у меня отнимут. Пускай уж лучше эти деньги у вас дома хранятся.
Влас подумал, что ее слова не лишены оснований. Взяв из тайника еще четыре пачки, он отдал их Лалинэ.
— Положи к остальным, но помни, что эти деньги не наши, а Ирины.
— Мог бы этого и не говорить, ведь Ирина нам теперь не чужая, — слегка обиделась Лалинэ.
Не желая афишировать свое появление в городе, Влас простился с Лалинэ и Камботом, оставшись в квартире с дочкой, а Ирина поехала на вокзал провожать гостей.
Часа через два она вернулась.
— Ну как дела?
— Посадила твоих на поезд и дождалась, когда он тронулся. Обошлось благополучно, — как хороший подпольщик, доложила она.
— Что и требовалось доказать, — довольно произнес Влас. — А что это ты притащила в двух сумках? — полюбопытствовал он.
— Разные продукты, шампанское, водку.
— Ты же не пьешь спиртного, — удивился Влас.
— А я на шесть вечера пригласила наших будущих кумовьев — познакомиться с тобой. Ты не против такого мероприятия?
— Кто бы сказал «нет», а я всегда говорю «да», — заверил ее Влас. — Верно я говорю, дочка? — Он погладил ребенка по голове.
— Мама, почему дядя называет меня все время дочкой?
— А ты и есть его родная дочь, он твой папа, — попыталась объяснить ей Ирина.
— Разве у сироты может быть папа?
— Кто тебе сказал, что ты сирота?! — возмутилась Ирина.
— Меня так в садике няня называет.
