Жарко было и на позициях роты Алексея. Здесь, отвлекая силы на другом участке ложной атакой из роботов и низового персонала, прорывалось командование бункера. Под прикрытием тяжелых роботов «Балорг» и «Огненный демон», создававших перед собой сплошную стену огня, двигались несколько десятков тяжелых танков, которым были нипочем магнитные пушки гвардейцев и их маломощные ракеты. Спасли ситуацию стоявшие на флангах танки и списанные с вооружения флота, как морально устаревшие, двадцатимиллиметровые двуствольные зенитные пушки Вдовина, которые какой-то армейский рационализатор предложил ставить на турели и отдавать десантникам. Обладавшие сумасшедшей дульной энергией, они легко разрушали любой станок и поэтому в частях не прижились. Но техник роты Ласор ен Анкоро нашел выход, выменяв с флотских складов детали штатного крепежа.
Вольфрамовые болванки весом в килограмм, вылетая из стволов в пулеметном темпе, прошивали тела роботов насквозь, а попадая в танк, выкашивали защиту, в секунды добираясь до экипажа.
Но и в ответ тянулись огненные трассы выстрелов и дымные следы ракет. То одна, то другая огневая точка гвардейцев замолкала, выбитая точным огнем. Сам Алексей, после того как снаряд повредил дистанционный привод, наплевав на все уставы, встал у рычагов управления пушки, установленной на командирской машине. Несмотря на капонир, вырытый для бэтры, и он, и пушка торчали наверху, как гвоздь, который уже через минуту после начала боя пытались забить все кому не лень.
Рона, видя, как сходятся лучи и трассы снарядов на том, кого она на священном дереве поклялась защитить, закладывала немыслимые виражи, сбрасывая с хвоста зенитные ракеты одну за одной, успевая при этом вести пусть и неприцельный огонь по противнику.
Наконец, когда у атакующих закончились зенитные ракеты, штурмовики смогли подобраться ближе и подвели итог схватки, буквально перепахав поле боя перед позициями роты.
Дым еще не рассеялся, когда, к радости Белого, из-под завалов камней и грунта стали выбираться обожженные, в покореженной броне, но живые десантники.
– Командирам взводов доложить о потерях.
– Первый – шесть тяжелых, двенадцать легких. Сева Галкин – все.
– Второй – Коваль и Хан. Еще три тяжелых, четыре легких.
– Третий – один тяжелый.
– Четвертый – потерь нет.
– Пятый – Краш, Рубин и Свирь. Плюс один тяжелый.
– Убитых и раненых на транспорт. Медслужбе выделить сопровождение. Вася! – Алексей, с трудом повернувшись в изувеченной броне, окликнул офицера связи, успевавшего не только следить за картинкой боя и менять короба на артиллерийском автомате командира, но и постреливать из крупнокалиберного пулемета. – Как у соседей?
– Отбились! Только потерь у них поболе. – Василий кивнул на строчку информации, пробегавшую внизу экрана. – Запросили медтранспорт с орбиты.
– Паша, отправь людей посмотреть живых среди демов. Конечно, после нашей валькирии это сомнительно, но все же.
– Сделаем, командир. Мы же не звери.
