Человек произошел от обезьяны и решил это дело отметить. Глядя на результат, обезьяны твердо решили: в человека больше не происходить.
— Дяденька, ты Дед Мороз?
— Да, внучек.
— А если ты Мороз, то почему ты в шубе?
Дед Мороз стоял без шубы и с грустью смотрел вслед удаляющемуся внучку.
— Ах, Снегурочка, душенька, как тебе идут эти джинсы! Как они подчеркивают твою дивную фигурку!
Снегурочка таяла от удовольствия.
— Мою фигурку они тоже подчеркивают! — сказала Баба Яга, вынимая джинсы из кучки мокрого снега.
Часы бьют полночь. Они любят полночь, для часов это самое лучшее время суток, но часы на работе.
Бить или не бить? — для часов этот выбор давно сделан.
Новый год заглянул в комнату.
— С Новым годом!
— С Новым счастьем!
— Здрасте, — сказал Новый год, но его никто не услышал. У всех были дела поважнее. Селедочка, сто пятьдесят, Марь Ивановна, попробуйте этот салатик… Новый год постоял немного и вышел на пустую улицу. Он стоял, курил и никак не мог вспомнить: зачем он сюда пришел?
— Новый год, Новый год… А толку?!
— Как?! Он же — Новый!
— Молодой, зеленый…
— Зато Новый!
— Все мы когда-то…
Старый год не мог понять всеобщего ликования. Если бы у него было чуть больше времени, если бы не пора уходить — о, он объяснил бы, убедил наивных людей, что все мы когда-то…
«С Новым годом, с новым счастьем!» — поздравляли друг друга бабочки-однодневки.
— Эй, товарищ!
— Тамбовский волк тебе товарищ!
Тамбовский волк обиделся. Он надел костюм, повязал галстук и уехал в город. Поступил на работу. Женился. Купил машину. И вот однажды…
— Эй, товарищ!
— Тамбовский волк тебе товарищ! — гордо огрызнулся тамбовский волк.
— Чем отличается рабочий от раба?
— Суффиксом и окончанием.
И когда наступила ночь, дополняющая до тысячи, Шахерезада встала и сказала:
