– А где чаще золото бывает? – вдруг вклинился в разговор Степан.
– Ближе к храмовому комплексу, – ответил Борис, а затем сам задал вопрос. – Золото, смотрю, интересует?
– Посмотрел бы, чего скрывать.
– Покажем, каждый год хоть одна находка золотая да есть, – улыбнулся Борис, затем задумался и добавил:
– Хотя нет. В 2010-м году ни крупинки не нашли. Впрочем, год хороший был и без золота.
Он задумался с отстраненной улыбкой, но вскоре помотал головой, будто отгоняя воспоминания, и продолжил:
– Разобьем два небольших раскопа с бровкой9 между ними. Один – для рабочих, другой – для студентов. Юрьевич сказал, что в этом году они расщедрились, аж пятерых дали, плюс должников два-три человека. Рабочих еще подъедет человек пять. Думаю, успеем до материка10 к концу сезона.
– А прошлогодний раскоп расконсервировать будем, Борис Сергеевич? – спросил Стас.
– Посмотрим, как с этими двумя пойдет. Если совсем быстро и дожди не одолеют, думаю, добьем.
– А шурфы будем бить? – спросил Саня.
– А ты как хотел? Конечно, заложим два или три.
Все одобрительно закивали, а Степан вспомнил, что во время первой встречи именно его Борис угрожал поставить на шурфы, поэтому данная работа стала ассоциироваться у него с неквалифицированным трудом, куда ставят работать лишь новичков. Но судя по реакции парней, это было не так.
– Мы с Олегом возьмем один, Саня с Леней другой, а третий… – начал рассуждать Стас, но Борис прервал его, подняв руку.
– Погоди, в этом году, шурфы будем бить по очереди, один за другим, а не все сразу, к тому же сперва еще определить надо, где именно, – сказал он.
– Скажи, Сергеевич, – вмешался в разговор Игорь, – мне вот все черные покоя не дают. У тебя с ними были контакты?
– С ними? Были, только не уверен, что это те же люди, что тревожат нас в последние годы.
– А где пересечься получилось? А главное, когда?
– Да года четыре назад, сидел в ресторане и смотрю, с меня мужичок глаз не сводит. Сперва думал, что показалось. Ан нет. Пристально смотрел, а главное, долго. Я уж думать начал, может, денег ему должен, да вроде не припомню его лица. А тех, кому должен и кто должен мне, помню очень хорошо.
– Так, что мужичок? Из черных?
– Погоди, не перебивай. Дай, думаю, проверю, что за фрукт. Делаю вид, что в туалет собираюсь, а по пути к нему подсел, достаточно внезапно и неожиданно для него. Борис, представляюсь. Мы, видно, знакомы, да я запамятовал. А он мне и отвечает: не знакомы мы, мол, Борис Сергеевич, но есть у нас к вам дело.
– У нас? – переспросил Саня.
– Слушай, не перебивай. Дело, говорит, у нас к вам есть. Я и спрашиваю, мол, вы тут не один сидите или августейшей особой являетесь, что во множественном лице к себе обращаетесь?
– Хорош! – вставил Игорь.
– Он предложил, чтобы я ему позвонил, но я быстро дал понять, что, поскольку он с меня глаз не сводил, а не наоборот, звонок явно нужен больше ему. Тот подумал, секунды три и выдал: мол, с ребятами поискать хотели «кое-чего» в наших краях и спросил моего на то одобрения.
– «Кое-чего» – это золото? – переспросил Стас.
– Надо полагать.
– А вы что?
– А чего я? Сразу объяснил, что работать в наших местах с «кое-чем» можно только через меня и только официально. И непременно через заключение трудового договора. Мужичок морду скривил, и больше я его не видел.
– А почему думаешь, что это не он с друзьями у нас тут шалят и «кое-чего» ищут? – спросил Игорь.
– А после мужичка на меня его друзья и вышли. Предлагали мне за то, что глаза закрою, некую часть. Чего, я так и не понял, то ли находок, то ли выручки с них на черном рынке. Пугать даже пытались.
– Угрожали? – удивился Санек. – Чем?
– Знакомыми с администрации.
– А ты чего? – спросил Игорь с тревогой.
– Назвал фамилию одного из наших спонсоров. Ну и услышав, какие люди у нас являются меценатами и благодетелями науки, друзья того мужичка, резко передумали искать «кое-чего» в наших краях.
– А кого из администрации они назвали? – поинтересовался Санек.
– Никого конкретно, просто намекнули на знакомых из администрации. Может, блефовали, а может, и нет. Судя по тому, что им известна фамилия, которую я назвал, думаю, не блефовали. Наверное, те же люди, что стоят за Дьячковым.
При звуке этой фамилии Саня демонстративно сплюнул.
