Мы с Никитой, скрытые сумерками в темной одеждой, подобрались бесшумно к возку и одним ударом кожаной дубинки, в конце которой была засыпана свинцовая дробь, вырубили возничего, что сидел на козлах. В этот момент в возке кто-то зашевелился.
Света там не было, предполагаю, что так Хмурый хотел замаскировать свое присутствие. Сквозь небольшое стеклянное окно на двери разглядеть происходящее внутри было решительно невозможно. Но, видимо, Хмурый, обладая какой-то дьявольской чуйкой, почувствовал неладное и в следующий момент дверь резко распахнулась, а оттуда в перекате вывалился наш клиент, которого мы искали продолжительное время.
Хмурый попытался вскочить из переката, поднимая револьвер на уровень груди в тот самый момент, когда глиняный шарик, выпущенный из рогатки Никиты, встретился с его переносицей. Такой встречи сознание Хмурого не перенесло, и на какой-то неопределенный период времени оно покинуло бандита.
Действовать стали быстро. Вдвоём с Лёхой за ноги поволокли Хмурого к его же возку. А в это время Лёха, оставив свой пост, двинул в нашу сторону. Когда он подоспел, мы уже заталкивали Хмурого в возок, прикрывая двери, а Лёха стаскивал с облучка бессознательного возничего. Быстро заскочив на козлы, мы с Никитой поспешили удалиться с места будущего преступления.
Скрыться с места удалось достаточно легко. Во-первых, уже темнота накрывала Северную Пальмиру, а во-вторых, тот факт, что Хмурый выбрал укромное место, которое не видно ни со стороны дома Гольдмана, ни с других мест, нам очень помог в деле. Одно слово — конспиратор. Это, собственно, и позволило провернуть короткую, но эффективную схватку незаметно для подельников бандита.
— Ну все, братуха, — сказал я, с радостью хлопнув Никиту по правому плечу от всей души. Никита аж немножко прогнулся, улыбнулся и засветил мне леща в ответ. Лёха расхохотался.
Эх! Накрывает же иногда меня приступы шизофрении, — сказал я вслух, — которые приводят к тому, что начинаю общаться сам с собой, в трех телах одновременно.
— Ну да ладно, — продолжил я. — Жизнь продолжается.
Мы закончили с Хмурым еще вчера. Сегодня же ездили забирать его основную ухоронку, что хранилась за городом в старом заброшенном доме, в пяти верстах от города. Все прошло гладко к нашему удовольствию. В итоге, было собрано много ценностей: украшений, монет, серебряной посуды, портсигаров и всякой подобной блестящей дребедени.
В ухоронке Хмурого было аж целых пять саквояжей с вышеперечисленным добром, а также большая сумма наличных денег, причем разных номиналов. Всего набралось 11 300 рублей и 6 200 фунтов стерлингов. Деньги и сокровища, что были экспроприированы у бандита, мы сложили в нашем подземелье, где покоятся основные капиталы трех братьев в виде китайского фарфора XVII века.
Сидя за столом в кругу близких нам людей, я размышлял о будущем. Время идёт, а мы с братьями до сих пор не оказали никакого существенного влияния на историю нашей Родины. Да, безусловно, мы ещё совсем малы и, возможно, не готовы для каких-то глобальных действий. Но план, что созрел в моей голове ещё год назад, всё-таки я намерен начать воплощать в жизнь уже прямо сейчас, поэтому путь наш лежит на Кавказ…
Похоже, начинается новая история и новая веха нашей жизни. Вот мы наконец-то приняли решение, достаточно важное для нас, а может, и не только для нас, что возможно существенно повлияет на ход истории в нашем богоспасаемом Отечестве, а то и во всем мире. Громко конечно, но что уж поделать, черт его знает сколько бабочек придётся передавить в этом новом и уже родном для нас мире.
Наш путь лежит на Кавказ, в маленький грузинский городок Гори, где в бедной семье сапожника живёт Иосиф Виссарионович Джугашвили. Буквально через два года, в 1894 году, Сосо должен поступить в Тифлисскую духовную семинарию и переехать туда из Гори. Как мне известно, именно там он освоит русский язык и увлечётся литературой. Поэтому, конечно, сейчас в переговорах с ним и его матерью могут возникнуть определённые сложности, в виде языковых барьеров. Тем не менее, нам придется их решить.
Первым делом надо определить, как мы будем добираться до этого маленького грузинского городка. А также решить, как быть с незнанием языка. Предполагаю, что, добравшись до Тифлиса, сможем найти толкового толмача, который сопроводит нас в Гори и поможет провести знакомство с семейством будущего генералиссимуса.
Прикинув все за и против, и поняв, что самостоятельно проработать хороший маршрут навряд ли получится, решил упростить себе задачу, как это делаю обычно, и позвав Кузьмича, забрав братьев, мы направились в город к нашему доброму знакомому Томских. Наверняка Стряпчий обладает достаточной компетентностью, чтобы помочь нам в этом деле. Заодно прихватили с собой очередной ящик с китайским фарфором XVII века.
