— Добрый день, Павел Алексеевич, — поздоровался я, широко улыбаясь. Признаться, я был искренне рад видеть этого человека.
— Здравствуйте, здравствуйте, — приветливо ответил Павел Алексеевич, смотря на нас доброжелательно.
— Какими судьбами, рассказывайте, братья Горские? Приветствую вас, Егор Кузьмич, — он немного склонил голову в сторону нашего опекуна.
— Павел Алексеевич, подхватил я разговор. Мы к вам по достаточно нестандартному поводу и нуждаемся в вашей помощи.
— Прошу, прошу! — сказал Павел Алексеевич, приглашая нас в свой кабинет.
— Итак, я вас внимательно слушаю.
— Дело в том, что на самой окраине нашей родины у нас есть приятель. Его зовут Джугашвили Иосиф Виссарионович, в декабре ему исполнится 14 лет. Так вышло, что нам нужно привести этого человека в Петербург, где он сможет продолжить своё обучение. Скорее всего, испытания в гимназию с начала осени он не осилит, поэтому мы будем заниматься с ним в течение учебного года. Более того, мы очень надеемся, что получится часть дисциплин пройти экстерном по той же методике, которой мы пользовались с братьями в этом году, и в таком случае через год он смог бы начать учебу с 5-го или с 6-го класса.
— Конечно, нам бы очень хотелось, чтобы Иосиф поступил именно в 11-ю гимназию. — добавил я.
— Особых возражений, Илья, у меня к вашей просьбе нет, — сказал Павел Алексеевич.
— Если ваш друг действительно выдержит все необходимые испытания, то, милости просим, я точно допущу его к испытаниям.
— Еще такой момент, — вступил в разговор Никита. — Для того, чтобы спокойно и без задержек попасть из Грузии в Петербург, нужны документы. А самым важным из них будет приглашение на учёбу в гимназии, желательно с подписью её директора…
— Подскажите, Павел Алексеевич, господин Зубовский Андрей Станиславович, мог бы нам подписать такое приглашение, если вы походатайствуете об этом? Мы, в свою очередь, на благо гимназии, готовы вынести небольшую сумму, которой вы сможете располагать по своему разумению! — сказал я.
И Кузьмич протянул заместителю директора по учебной части конверт, в котором лежало 200 рублей на ассигнации.
Павел Алексеевич глянул на конверт, задумался, потом махнул рукой и сбросил его в верхний ящик своего стола.
— Что ж, ребятки, сделаем, сделаем вам приглашение. Привозите своего Иосифа, посмотрим, на что он способен. Вы, главное, там знания ему подтяните, чтобы не опозорили меня на испытаниях, а то всё-таки ходатайствовать за него стану, не ловко, знаете ли, за бездарей просить. — добавил он и задумавшись на несколько мгновений уставился на портрет какого то деятеля из ученой братии, что висел на стене кабинета.
— Вот что, голубчики, приходите-ка вы завтра часиков к двенадцати. Я думаю, что бумаги будут сделаны. А вот здесь
протянул он лист и перо. Напишите фамилию, имя, отчество, дату рождения и текущее место жительства, хотя бы населенный пункт. Он в Тифлисе сейчас? — спросил он.
— Нет, Павел Алексеевич, сейчас Иосиф Джугашвили проживает в Гори. Это небольшой городок в Грузии. — ответил Никита.
— Понятно, значит так и пишите. — спокойным тоном добавил заместитель директора.
Я записал данные известного мне человека и протянул лист бумаги Свистунова. На чём, откланявшись, мы с ним и расстались до завтрашнего дня.
И вот настал тот момент, когда нам пора отправляться в далекую солнечную Грузию. Задумавшись об этом, вспомнил плацкартные вагоны в июле по маршруту Москва — Сочи в 90-х годах, и я прям передернул плечами, причем синхронно втроем. Кузьмич, видя это, лишь приподнял одну бровь, но спрашивать ничего не стал.
Извозчик доставил нас до Московского вокзала, который находится на Знаменской площади у Невского проспекта.
Мы прошли на перрон, отыскали по номеру наш синий вагон первого класса, билеты в который удалось раздобыть находчивому стряпчему. При нас имелись все нужные проездные документы, а ещё приглашение для Иосифа Виссарионовича, которое сумел выправить Павел Алексеевич Свистунов. Нас встретил проводник и сопроводил в купе.
Интересно, что места никак не были обозначены номерами. Где располагаться пассажирам, определял сам проводник, однако он тщательно проверил наши билеты и только после этого выполнил все положенные в таком случае пассажирам первого класса расшаркивания, за что Кузьмич опустил в его ладонь пятиалтынный.
Зайдя в вагон, я сразу отметил особую роскошь. Если во втором классе отделка выполнена из сукна, то здесь видны панели из красного дерева, а мягкие диваны обшиты бархатом. Всюду отполированные до блеска бронзовые ручки. Множество изысканных декоративных деталей. А также яркое газовое освещение, что давало достаточно света в тех местах где днем не хватало солнечного света. Мне известно, что недавно его ввели вместо обычных свечей, которые доставляли не мало хлопот, в том числе по противопожарным соображениям.
