– Если это дни, то их хватает на шесть с небольшим тысяч лет. Не интересно. Учитывая, что число «12» копты относили к отдельному регистру можно рассмотреть число 22 246, как число лунных месяцев. Минуточку… Это интересней. Выходит примерно 1853 года. Но это не точно, потому что я делил на 12, а году не двенадцать лунных месяцев, а … сейчас… примерно 12, 6. Тогда получается 1765 лет. Хотя, наколько я помню, в хронологической таблице Германа на этот период истории хатов ничего интересного не приходится. Тогда «12» может указывать на полдень или на полночь. Или на полнолуние. Или на новолуние. Сам черт не разберется. Знаешь, кстати, почему двенадцатиричная система пользовалась таким спросом в древнем мире, что слово «дюжина» почти во всех индоевропейских языках звучит примерно одинаково, а месяцев, часов в дне и ноче, колен израилевых, апостолов, знаков зодиака и не знаю, кого еще, у нас строго по двенадцать? Словом, божественное число со всех сторон. Взять хоть нашу концессию.
– Потому что «12» делится на 2, 3, 4 и 6. А «10», например, только на 2 и 5. Поэтому дроби для последующих действий с ними гораздо более удобны, если их записывать через 12. Две двенадцатых плюс три двенадцатых равно пяти двенадцатым. И это мы сложили одну с шестую с одной четвертью.
– Да. Но это ничего не меняет. Для применения радиоуглеродного метода надо заняться археологией и найти мумию.
– Честно говоря, я не уверен, что нам следует так уж далеко ходить. К чему зацикливаться на этом числе? Во-первых, в семи цифрах много не зашифруешь. Во-вторых в Ватикане на эту тему хорошо поработали. Мы же знаем. В-третьих, я не уверен в твоей теории, что число расшифровывается без ключа.
– Если бы к числу был ключ, Кем-Атеф не стал бы так старательно прятать концы в воду. Я убежден, что в числе скрыта очень важная, возможно смертельно-важная тайна хатов.
– Даже если так… Ключ мог быть утерян уже после Кем-Атефа. А что до важности… Ты был убежден, что в дзенском монастыре тебя ждут какие-то откровения… А в результате?
– Все не просто так. Может, из-за этого поста и молитвы и я научился видеть хатов насквозь.
– Да. Сильное просветеление на тебя нашло.
Прямо вот – просветление? Сегодня никаких подтверждений моему дару еще не потступало. Может, он исчез? Растворился. Бывают же всякие чудеса. Роковые совпадения. Пророчества. Телепатии. Вещие ведения, и прочие глупости. Как только их носители доходят до настоящих ученых все тайным образом рассасывается. По крайней мере я во всю эту мистику верю с трудом. В какие-то биополя я еще верю, а вот дальше… – Извините! Хотя нет… В роковые совпадения и в тайный смысл событий тоже верю. Но не важно. Я вернулся к разговору.
– Понимаешь, по-моему, это не дар. Это просто усиленное восприятие. Вот Роза Кулешова видела предметы закрытыми глазами, выставляя на них руки как локаторы. Она воспринимала их инфракрасное излучение. То-есть тепло, исходящее от предмета. А сейчас тот же фокус показывает тебе любой прибор ночного видения. Да что там прибор. На хороших любительских видеокамерах есть функция съемки в инфракрасном диапазоне.
– Думаешь можно прибор по выявлению хатов изобрести? Типа детектора лжи? Полиграфа?
– Не знаю. Если понять как это все работает… Но это потом. Когда-нибудь. Я просто хочу сказать, что ты тоже можешь это почувствовать. Может, не так тонко, но можешь. От этих людей веет каким-то холодом. Мраком. Серостью. Они какие-то неприятные. Как будто злые. Некрасивые. Я думаю, что если тебе показывать фотографии и говорить: хат-не хат-хат-не хат-не хат-не хат-хат, ты бы тоже скоро научился. Это не третий глаз. Не шестое чувство. Просто более тонкое восприятие действительности. Я думаю, что я довольно глубоко погрузился во все эти дела и поэтому оно у меня появилось… Ну вот ты встречал когда-нибудь людей которые были бы тебе подсознательно неприятны? Безотчетно. Так вроде бы они нормальные, улыбаются, хотят понравиться тебе, а тебе от них как-то плохо. Что-то вроде энергетического вампиризма, но другое. Немного другое. Меньше вампиризма, больше серости и злобы.
– Конечно встречал. Они что, – хаты?
– Я не знаю. Или хаты, что вряд ли. Слишком уж их много. Или нормальные люди, предрасполженные к хатству. Это скорее. Тогда на них эта вербовка, которую у меня ФФ заказывал, и рассчитана. Вот вчерашний человек – был явно хат. Стопроцентный. У меня даже тени сомнений не было. Но хаты – не обязательно люди. Скажем, есть силы на стороне которых ты готов выступить, интересы которых тебе близки, которым сочувствуешь, которых ты иногда смутно и интуитивно, а иногда ясно и осознанно поддерживаешь. А есть, наоборот, силы, которые тебе чем-то неприятны, от которых веет отрицательной энергией, которые даже если и увлекают тебя, то вызывают чувство обеспокоенности. Понимаешь?
– А ты, после изучения бумаг Германа и ватиканской рукописи склонен объяснять историю последних трех-четырех тысяч лет хатским заговором?