Вода в гавани вскипела, вздулся громадный серо-зеленоватый горб. С оглушительным плеском горб лопнул, по мачтам и реям поползли орды совершенно отвратительных созданий, что-то среднее между небольшим осьминогом и кальмаром, только снабжённые пастями, которых не постыдились бы самые прожорливые и свирепые из акул. Вдоль бортов зазмеились зелёные руки водорослей, внезапно рванувшихся в рост. Под ногами затряслись доски пирсов – между складов раздались тяжёлые шаги, и к кораблям двинулись здоровенные, в два человеческих роста, выбеленные костяки в ржавом вооружении, размахивая громадными двуручными мечами. Из открытых ртов скелетов вырывалась тёмно-коричневая пыль.
Неважно, испугаются ли этого воины как Мекампа, так и Салладора. Главное, чтобы испугались рабы-грузчики, и в этом некромант достиг полного успеха. Рабов в порту не заковывали, и сейчас люди, вопя от ужаса, горохом кинулись прочь со сходен. Клетка пошатнулась и медленно заскользила обратно на пирс.
Салладорцы заметались, кто-то из слабых сердцем тоже обратился в бегство, другие отчаянно размахивали кривыми тонкими саблями, третьи схватились за луки – но стрелы их, скверно нацеленные, полетели куда угодно, только не в некроманта.
Клетка совсем съехала со сходен и, неловко накренясь, застыла на самом краю пирса. Салладорские моряки уже прыгали с корабля на берег, спасаясь от стремительно заполнявших палубу серо-зелёных тварей. На нижних палубах отчаянно выли насмерть перепуганные гребцы – Фессу было жаль несчастных, но, если всё пройдёт, как он задумал, они все получат свободу – неплохое возмещение за несколько минут испуга, пусть даже и смертельного. Салладорские воины тоже дрогнули, особенно когда совсем близко надвинулись гигантские костяки. Встать в круг, спиной к спине, и обороняться, несмотря ни на что, решилось лишь около дюжины самых смелых.
Однако напугать мекампских «волков» оказалось далеко не так просто. Копейщики если и растерялись, то очень ненадолго, мгновенно составив ощетинившуюся копьями небольшую квадратную баталию. К счастью для Фесса, мекампцы, похоже, не имели приказа любой ценой защищать эту самую клетку, сейчас они защищали самих себя, и это вполне устраивало некроманта.
Всё складывалось как нельзя лучше. В заклятье иллюзии вложено немало сил, воинам предстанут не бесплотные призраки, напротив, и мекампцам, и салладорцам будет казаться, что они сражаюся по-настоящему и даже получают раны. Это было самое большее, что мог сделать Фесс, не проливая крови. И ему, похоже, сильно повезло, что в порту не оказалось ни одного волшебника или инквизитора достаточно высокой степени посвящения, наподобие отца Этлау.
Фесс не доверил своему пони ни фальчиона, ни глефы, оставив себе всю тяжесть. Сейчас она могла помешать, но… Он рванулся с места, на бегу забрасывая посох за спину, в особые ремни, рядом с фальчионом, и перехватывая взамен этого глефу. Настал черёд гномьей стали показать всё, на что она способна.
Паника и суматоха помогли ему беспрепятственно добежать до клетки. Какой-то обезумевший от страха салладорец кинулся ему наперерез, с визгом замахиваясь саблей, – Фесс просто отшиб его в сторону, не тратя драгоценного мгновения на второй, уже убийственный удар.
Вот и клетка. Толстые, мало что не в руку, железные прутья. Слишком много… не прорубить. Зато вот дужка замка явно подкачала, и сработанная гномами глефа со скрежетом и искрами развалила её надвое. Фесс рванул узкую дверцу, крикнул внутрь: «Выходи!» – и резко крутнулся на месте – кажется, кто-то из салла-дорцев успел прийти в себя. Первую их атаку некромант отбил легко – двое раненых, завывая, поползли по доскам пирса, оставляя за собой широкие полосы крови. Ранить, а не убить – это было максимум того, что для них мог сделать некромант.
В этот миг кто-то встал с ним рядом, он ощутил тёплое плечо; тонкие руки подняли с земли выроненную раненым салладорцем саблю – рыжеволосая эль-фийка выставила вперёд клинок и, похоже, всерьёз вознамерилась геройски умереть прямо здесь, с оружием в руках.
– За мной, за мной, ходу, ходу, ходу! – заорал Фесс, хватая эльфийку свободной рукой. Иллюзия будет действовать ещё совсем немного времени, и они должны успеть добраться до первых городских кварталов, прежде чем магия погаснет окончательно.
…Разумеется, они только этого и ждали. Перепуганные, ошеломлённые эльфийки лишь начали выбираться из тесноты между железными прутьями, а они уже появлялись из-за пакгаузов, повыныривали отовсюду, на сей раз – хорошо и с умом вооружённые, даже в доспехах, на которых, правда, всё равно оставался намалёванный алым кулак в середине серого круга.
Ловушка. Как он и думал. Фесса словно окатило ледяной зимней водой – гавань Агранны не замерзала, но, само собой, выстуживалась.
Вдоль всех крыш густо встали стрелки – и в цветах Мекампа, и в серых инквизиторских рясах. Значит, они таки получили известия. Правда, непонятно тогда, почему повторяют прежние ошибки. Сейчас предложат сдаться, затеют переговоры…
