— Кто вы такие? — глухо спросил инквизитор. — Чего вам надо?
Илаурэн поставила ногу на край кровати и принялась перешнуровывать сапог.
— Пока что — просто обменяться сведениями, — пояснила она. — Мы, в отличие от вас, не звери. И не собираемся сжигать на кострах каждого, кто случайно перейдет нам дорогу.
Тонкие женские пальцы с ужасом вцепились в мужское плечо.
— Мы вам ничего не сделали…
— Это потому, что я удерживаю ваш дар, — пожал плечами Рикартиат. — И да будет вам известно, что лично у меня счеты с инквизицией есть. Но, как правильно сказала моя подруга — мы не звери.
Он пошевелил пальцами, чтобы расслабить поток энергии. По его мнению, одна демонстрация могла дать результат быстрее, чем тысяча слов.
Мужчина-инквизитор вздрогнул, сообразив, что происходит.
— Как вы смеете? — закричал он. — Как вы смеете?!
— Что смею? — осведомился менестрель.
— Переливать в меня свою магию!
— О, — парень улыбнулся, — я ничего не переливаю. Я всего лишь хочу, чтобы вы увидели обратную сторону так называемого ангельского волшебства. Вряд ли отец Еннете рассказывал о подобном. Я вообще сильно сомневаюсь, что он рассказывает что-нибудь помимо того, что лично ему и выгодно.
— Вы ничем не лучше! — презрительно бросил инквизитор.
— Согласен. — Рикартиат переглянулся с Илаурэн. Девушка кивнула, провела ладонью по груди и попросила:
— Взгляните, пожалуйста. Это — моя магия.
Мужчина стиснул губы и отвернулся. Женщина, напротив, подалась вперед, и в ее зеленых глазах вспыхнуло изумление.
— Это же… помилуй меня Альвадор…
— Нет, — возразила эльфийка. — Это не ангельское волшебство. Никакого ангельского волшебства на свете не существует.
— Но… — женщина запнулась и нахмурилась. На ее лице отразилась внутренняя борьба. — Я все поняла, — равнодушно заявила она. — Вы пытаетесь обмануть нас. Вы пытаетесь доказать, что ничем не отличаетесь. У вас не получится. Убирайтесь, пока я…
Она побледнела и схватилась за грудь.
— Что это?..
— Не волнуйся, — отозвался мужчина. — Эффект исчезнет, когда нас отпустят.
— Вы правы, — подтвердил Рикартиат. — Насчет эффекта и отличий. Но он не исчезнет. Просто выпустит на свободу ту часть дара, которой вы обычно пользуетесь. Выражаясь проще, та тьма, что сейчас пульсирует внутри вас — это обратная его сторона. Опять же, как правильно сказала моя подруга — не существует ангельского волшебства. Есть светлая и темная магия, и они ничего не стоят друг без друга. Примерно в той же мере, что и вы. Представьте, что кого-нибудь из вас преследовали и сожгли.
Женщина стала белой, как мел, и испуганно вытаращилась на магов.
— Мы сообщили вам все, что собирались. — Илаурэн затянула шнуровку и отступила. — Теперь нам пора. Прощайте и спасибо, что выслушали.
На лицах инквизиторской семьи проступило недоумение. Рикартиат спиной чувствовал пораженный взгляд и прикидывал, о чем сейчас могут думать эти женщина и мужчина. На их месте он бы, пожалуй, нервно посмеялся, а потом попытался бы осознать, какого черта двое врагов пришли к нему посреди ночи, чтобы мило побеседовать и уйти. А еще, наверное, злился бы за окно. Впрочем, если они не дураки, то сумеют либо расплатиться с корчмарем, либо вернуть все на место магией.
— Мы только начали, а я уже устала, — пожаловалась Илаурэн, пережидая в тени большого дома, пока по улице пройдет патруль. — Стою над ними, как полная идиотка, доказываю что-то… с утра пораньше они наверняка начнут нас искать.
— Пускай, — не растерялся менестрель. — Вряд ли у них что-то выйдет. К тому же женщина будет сомневаться. Ты видела ее зрачки в момент, когда я вывернул дар? Да она чуть с ума не сошла. Отец Еннете — кретин, раз не предупредил своих подчиненных о тонкостях магического взаимодействия.
Эльфийка в очередной раз поразилась знаниям друга.
— Послушай, кто тебя учил?
— Жизнь, — рассмеялся Рикартиат. — Там набрался того, там другого, там — третьего. Да и увлечение наукой даром не прошло.
— Я имею в виду, кто учил тебя магии?
— Магии? — переспросил он, заметно растерявшись. — Магии — никто. Я сам до всего дошел.
— Лжешь, — наобум сказала девушка. Она надеялась на ответную ярость, а может, обиду, и скупой укоризненный взгляд стал для нее разочарованием. — Невозможно научиться законам магии, исходя из собственного опыта. Я, например, не смогла бы так точно их сформулировать. У тебя явно был учитель. Альтвиг вон не скрывает таких деталей, — Илаурэн осознавала, что ступает на тонкий лед, но менестрель оставался невозмутимым. — Даже родовое имя учителя позаимствовал. Нэльтеклет… Гитак Нэльтеклет. Ты ведь знал его, правда?
— Понаслышке, — улыбнулся Мреть. — Он был приятелем Сулшерата. Дед отзывался о Гитаке с теплотой. И очень жалел о его смерти.
— Жалел он, как же, — фыркнула эльфийка. — Сулшерат, он ведь вроде нашей госпожи Виттелены. Дай ему волю, и он окружит себя мертвецами. Не женился из-за них ни разу. Хотя ему-то, похоже, все равно, — она вышла из тени и направилась дальше по улице. — Он считает каждого некроманта своим потомком, хотя учил от силы человек пять.
