Как это ни смешно, но Круче он доверял больше, чем Агнессе. Не зря, видно, этот мент задавал наводящие вопросы насчет нее, кружил над ней черным вороном. Да и сам Сафрон имел все основания подозревать ее в измене. Разве он не застал ее в теплой компании с Пантелеем? Она потеряла от него голову и запросто могла сдать ему Протасова. Агнесса, конечно, обещала Сафрону, что подаст ему Пантелея на блюдечке с голубой каемочкой. Сафрон привык ей верить, но теперь понял, что она могла и обмануть его.
– Я думаю, – проныл Лелик.
– Плохо думаешь. А это значит, что тебе нужно пораскинуть мозгами.
– Может, его в разделочный цех отвести? – спросил Чарлик. – Там на кафеле и пораскинет. А здесь скатерти чистые.
– Ничего, постираем. Давай!
Сафрон подал Чарлику знак, чтобы тот не вздумал стрелять. Лелик этого не видел, поэтому повелся.
– Я скажу! – взвизгнул он.
Одной рукой Чарлик сунул ствол за пояс, другой погладил Лелика по голове и сказал:
– Молодец, хороший мальчик.
– Ну, я жду! – поторопил Сафрон.
– Есть один адрес, но я не уверен. Агнесса велела хату для девочек снять. В хорошем доме, с приличной обстановкой. Ключи себе забрала.
– И что?
– Так и я говорю, что ничего особенного. Просто я подумал, что не для девочек эта хата. Мелькнула мысль…
– Адрес!
Через полчаса Сафрон был уже в пути. Лелик ехал рядом с ним. В фарватере шли две машины с бойцами.
– Что ты знаешь про Пантелея? – спросил Сафрон.
– Слышал, что проблемы у тебя с ним были.
– А Агнесса с ним закрутила.
– Так ты же в курсе был.
– Кто наводку на Протасова дал?
– На какого Протасова?
– Не знаешь?
– Агнесса меня в свои дела не посвящала.
– Чарлик, сейчас поворот будет. – Сафрон повел рукой вдоль дороги. – В лес заедем. Лелика пристрелить надо.
– А что не так? – Лелик окончательно скис.
– Разве я говорил, что Агнесса наводку на Протасова дала? Нет. А ты сказал.
– Ты же за нее спрашивал.
– Гнилой отмаз, – заявил Сафрон. – Если ты так и на том свете отмазываться будешь, то тебя в рай не возьмут.
– Агнесса помогла Пантелею, – выжал из себя Лелик.
– Чарлик, едем прямо.
– Она сказала, что с Пантелеем связываться опасно, уверяла, что о тебе заботится.
– Обо мне?
– Ну, чтобы он тебя не трогал.
– Он меня?.. Я не понял, ты хочешь, чтобы я от смеха загнулся?
– За что купил, за то и продаю. Она сказала, что Пантелей успокоится, когда Протасова возьмет, и слиняет. Он же по всей Москве работает, тут один кусок урвет, там другой.
– А у нее какой интерес? – Значит, она Пантелея от меня отваживала?
– Не знаю. В курсе только, что она в него, как та кошка, втюрилась.
– Потому и меня предала.
– Может, и предала, – не стал отбрехиваться Лелик.
– А ты знал и молчал.
– Я бы и тебя не сдал.
– Но Агнессу же ты сдал, – заявил Сафрон и недобро ухмыльнулся.
С Леликом нужно было кончать на глазах у братвы. Чтобы все знали, как Сафрон поступает с изменниками. Агнесса должна стоять рядом с Леликом. Добраться бы до нее!
Агнесса вела себя как маленькая девочка, которая дорвалась до бесплатного мороженого и услышала, что это в последний раз. Сладкого больше никогда не будет. Пантелей еще не отошел от одного сеанса, а она уже снова взялась за дело. Он-то, в принципе, не против. Сидишь себе в кресле, куришь, попиваешь коньяк. В телевизоре музыка играет.
Но где-то в голове тонко и заунывно прозвенел звонок. Эта сигнализация срабатывала далеко не всегда, но если тревога прозвучала, то быть беде.
Пантелей оттолкнул от себя Агнессу, поднялся, застегнул штаны и с пистолетом в руке подошел к окну. Он увидел две иномарки, из которой выходили парни плотного сложения в кожаных куртках. Среди них был и Сафрон.
– Что там? – с тревогой спросила Агнесса.
Пантелей развернулся и направил на нее ствол.
– Ты братву навела?
– Я?.. Да я бы тебя просто траванула! – Агнесса испугалась, но голову не потеряла.
Ей ведь действительно ничего не стоило накормить его клофелином или крысином ядом. Да и нельзя было стрелять в нее сейчас, патроны тратить. Чем потом отбиваться?
– Уходить надо.
– Только через балкон.
– Третий этаж?
Была у Пантелея мысль подготовить путь отступления. Он подумал об одной веревке, но Агнесса схватилась за другую.
– Там земля вскопана! – сказала она.
– Будешь прыгать? – спросил Пантелей.
– Нет! Ты куда?
– Напролом!
– А как же я?
У Пантелея не было ни времени, ни желания искать ответ на этот вопрос. Сейчас он мог думать только о себе.
Пантелей вышел на лестничную площадку и услышал внизу топот множества ног. Он рванул наверх, но поднялся только на один пролет и затаился.
События развивались стремительно. Лестничную площадку третьего этажа заполнила целая толпа.
В дверь постучали, послышался чей-то властный голос:
– Сокол, наверху глянь!
Яйцеголовый Сокол устремился вверх по лестнице. Но похоже, он не очень рассчитывал на внезапную встречу. Пацан держал пистолет в опущенной руке. Зато Пантелей заточен был на мгновенный выстрел. И он последовал.
