– Не забирай моего щеночка! Это мой последний выводок. Обещаю, у меня больше не будет детей. Оставь мне мою последнюю доченьку!
– Я не дочка, я сын, – отозвался белый щенок.
– Ты как будто дочка. И вообще, закрой пасть.
Тут к ним подошла девочка, исполнявшая роль обеи, и сурово произнесла:
– Я должна отнести этого малькада на тумфро. А ты пойдешь к Сарк и забудешь обо всем. Она сварит тебе зелье.
Заводила кивнула на пегого щенка и прошептала:
– Начинай смешивать зелья!
– Мне нечего смешивать. У меня нет травы, листьев или хотя бы коры.
– Ну смешай грязь с камнями. Это же понарошку.
Она повернулась к другому щенку.
– Когда малькад выживет и вернется в стаю, ты начни пинать его и кусай за ухо. Но понарошку.
Фаолан не сводил с них глаз. «Понарошку! Но ведь это моя жизнь. Они играют в мою жизнь». Он открыл пасть, но не знал, что сказать. Уж, во всяком случае, не глодателю распекать молодых волчат.
Тут из-за камня вышла Мхайри.
– А ну-ка прекратите, – строго сказала она. – Нашли место и время.
– Почему ты нам запрещаешь играть? – спросила заводила. – Только потому, что ты большая?
– Нет, – уверенно ответила Мхайри и кивком указала на Фаолана. – Потому что перед вами глодатель. И все это он пережил по-настоящему, а не понарошку. Никто не притворяется, когда пинает его или кусает.
Волчата замолчали. Потом заговорила маленькая белая волчица:
– Какой ты большой! Это ведь ты прыгнул к самому солнцу, правда? Говорят, ты нарушил порядок.
– Я не прыгал к солнцу. Я прыгал, чтобы остаться в живых.
Фаолан выпрямился, расставил лапы пошире и приподнял хвост. Сейчас, в вечернем свете, он казался больше обычного. Волчата снова замолчали. Они никогда не видели, чтобы молодой волк держался так величественно. А ведь он всего лишь глодатель!
Вдруг тишину прервал вой. Это выла Аластрина, скрилин Каррег Гаэра МакДунканов. Вскоре к ней присоединились и другие скрилины. Их пение сопровождали возбужденные лай и визг волков.
– Идут! Идут! Фенго Финбар и тайги идут!
– Пошли, – предложила Мхайри. – Я знаю место, откуда всё видно.
Фаолан пошел за Мхайри вверх по крутому скату. Вскоре к ним присоединилась другая волчица.
– Это моя сестра Дэрли, – сказала Мхайри, обернувшись.
Мех Дэрли был темно-бурым, не таким светлым, как у Мхайри, но между ними явно наблюдалось сходство.
– Вон, глядите! – воскликнула Дэрли, когда они взобрались на вершину. Вдоль узкого прохода длинной шеренгой выстроились волки.
– Слышишь тинулабу? – спросила Мхайри.
– Слышу что? – переспросил Фаолан.
Мхайри и Дэрли изумленно переглянулись.
– Ты не знаешь, что такое тинулаба? – спросила Дэрли.
– Нет.
– Тинулаба – это звук, который издают хвостовые кости, когда стучатся друг о друга. Это слово буквально означает «клацанье костей». Волки Священной стражи делают себе ожерелья из маленьких хвостовых костей разных животных.
– Они носят ожерелья? Я думал, их носят только вожди кланов и члены рагнайда.
– И стражи. Но только из хвостовых костей. Они их выгладывают.
– Изображают на них разные рисунки?
Фаолан удивился по-настоящему. Хвостовые кости ведь такие маленькие!
– Да, и ты тоже научишься, когда… – Мхайри осеклась. – Ну, то есть если тебя выберут членом Стражи. Тайги тебя научат.
Лай и вой прекратились. В тишине было слышно только, как со стороны волков Стражи дует ветер и доносит тихое клацанье – тинулабу. Это был не просто звук, а настоящая музыка, перезвон костяшек, эхом отдававшийся прямо в спинном мозгу Фаолана.
Стражи остановились в самом узком месте прохода, и Фаолан смог рассмотреть их как следует. Это были крупные, мощные животные. Часто говорили, что уродство малькадов порой оборачивается силой. И в самом деле, даже издалека стражи излучали такую уверенность, какую Фаолан редко видел в других волках.
Самое пышное ожерелье украшало шею фенго. Крошечные косточки виднелись даже в косичках на его бороде. Мхайри и Дэрли принялись перешептываться.
– Вон Джаспер, – указала мордой Дэрли на темно-бурого волка.
– А это Брайар, правда? – спросила Мхайри.
– Рыжий волк с больным глазом?
– Да. Там два рыжих волка, и я всегда их путаю, потому что у них обоих больные глаза.
Фаолан удивился, что им так много известно о стражах. Казалось, они знают каждого, в курсе, какой у кого недостаток, и узнаю́т их на расстоянии.
– Они брат и сестра. От этого их труднее различать, – сказала Дэрли.
– Брат и сестра? – Фаолан не скрывал изумления.
– Да. Правда, необычно? Два малькада в выводке.
– Наверное, это неплохо… То есть для щенков. – Фаолан старался не употреблять слова «малькад». – Есть с кем дружить.
– Но не для матери, – вздохнула Дэрли. – Представь только – сразу два малькада. А вдруг у нее в тот год родились только два щенка?
– Но они оба выжили и вернулись в клан, – сказала Мхайри. – Представь себе это!
Фаолан посмотрел на сестер. Как им повезло, что они родились нормальными и здоровыми! И хотя он никогда бы не променял свою жизнь на другую, разве не чудесно иметь брата или сестру? Разве ему не было бы легче, если бы их обоих отнесли на тумфро?
