Перед сном, когда вся посуда была помыта и на кухне воцарился почти армейский порядок — Денис любил, чтобы всё блестело и стояло на своих местах, — а Вовка спал, он зачем-то решил поискать в соцсетях Лару. Это было легко: достаточно оказалось найти группу их района, ввести в поиск «Лариса» и пересмотреть все выпавшие аккаунты.
Страница у соседки была открыта, но никаких особенных сведений всё равно не содержала, даже фотография была одна — на аватарке, и та десятилетней давности. Лара на ней стояла с большим букетом у здания, которое напоминало школьное, и улыбалась. Её распущенные волосы слегка вились — сейчас Денис ничего подобного не наблюдал, поэтому сделал вывод, что Лара-в-прошлом их накрутила, — и вся она казалась более мягкой, расслабленной. Счастливой. И да, если ночью и днём Денис совсем не замечал её возраст, то теперь осознал — и правда Лара его старше. Теперь ему было с чем сравнить: с фотографии смотрела юная, ещё не побитая жизнью девушка, которую Денис не знал и уже никогда не узнает. У неё даже энергетика была какая-то иная, более благодушная по сравнению с нынешней Ларой.
Бросив соседке заявку в друзья, Денис уже хотел свернуть страницу, когда вдруг подумал…
Интересно, как поживает и что делает Саша?
Её он нашёл ещё быстрее, чем Лару, — девушка до сих пор болталась у него в друзьях, просто раньше он не открывал её страницу, да и ленту новостей не листал.
Вся стена у Саши была «расписана» её собственными хвастливыми фотографиями — шикарные букеты в руках, Саша в купальнике на фоне моря, Саша в крутой тачке с откинутым верхом, Саша в блестящем платье с коктейлем в руках на каком-то празднике…
Короче говоря, жизнь удалась.
Хмыкнув, Денис выключил экран телефона. Он по этому поводу не испытывал никаких чувств — ни досадных, ни обиженных, ни даже банального недоумения.
У каждого своё счастье и свой уровень его понимания. Если для Саши важны именно финансы и их проявление повсюду — и в окружающей обстановке, и в одежде, и в еде, — она так и будет жить, так и будет тянуться к достатку. И никогда не поймёт, что всё это никоим образом не спасает от одиночества и пустоты в душе. Такой уж она человек.
Вове, на самом деле, повезло, что Саша от него отказалась. Воспитывая ребёнка, ты его наполняешь тем, что считаешь нужным и важным сам, — а чем может наполнить пустота? Только такой же пустотой, чёрной дырой, которая поглощает всё, до чего может дотянуться.
Мама должна быть совсем другой.
И, пожалуй, Денис понял, чего хочет по-настоящему…
Утром я пожалела, что не навела порядок вечером. Конечно, совсем уж чего-то катастрофичного в квартире не было — полы чистые, вещи на диванах не валяются, — но было и над чем поработать. На полках в ванной тот ещё бардак, да и кухонный стол завален всем подряд — из-за того, что в шкафчиках царил шурум-бурум, то, что не помещалось, я клала на стол, в результате он давно превратился в склад. Мы с Агатой здесь уже с трудом ели, пора бы убраться и без учёта Дениса, но… Я всегда не любила это дело. Пыль и грязь — это одно, мыть обязательно, но бардак — дело житейское.
Теперь, отведя Агату в сад, я пожинала плоды собственного упрямства и лени. Попыталась даже что-то сделать с многочисленными печеньками и сушками, которые уже вываливались из вазочки, как переварившаяся каша из кастрюли, но не успела — в дверь позвонили.
По пути в коридор оглядела себя: что ж, хоть вид приличный. В качестве домашней одежды я надела старый сарафан — зелёный, с узором из жёлтых одуванчиков, он меня немного молодил, превращая в ту ещё девочку-припевочку. Тысячу лет не надевала — носила в прошлой жизни, когда была замужем за Игорем и ещё не подозревала, что муж у меня дырявое резиновое изделие. После развода стали раздражать настолько яркие вещи.
Волосы утром я вымыла, расчесала и стянула в обычный хвост, краситься не стала — ни к чему. Хотя вообще-то я любила косметику и пользовалась ею активно, но аккуратно — перебор с ней настоящее убийство собственной внешности. На мой взгляд, самый лучший макияж — тот, который подчёркивает твои достоинства, но при этом его не видно. Однако, если я накрашусь перед визитом Дениса, он сразу поймёт, что я сделала это ради него, — а оно мне надо?
«Да!» — кричала одна часть меня, которая сексуально неудовлетворённая и безумно влюблённая — причём, кажется, с первого взгляда, — а вторая рычала: «Дура старая, не смей!»
Пока вторая побеждала.
Я натянула на губы вежливую улыбку, распахнула дверь и кивнула шагнувшему через порог Денису:
— Привет.
— Доброе утро, Лара, — ответил он, тоже улыбнувшись, но куда непринуждённее, чем я. — Не слишком я рано? А то мы с тобой о времени не договаривались.
— Нормально, — махнула я ладонью. — Часа два у меня есть. Потом я должна ехать к ученице.
— К ученице? — Денис, скидывающий в этот момент кроссовки, на мгновение замер. — Кстати, хотел спросить… Ты преподаватель, да? В школе работаешь?
— Нет, — я даже улыбнулась. — Если бы я работала в школе, была бы сейчас там. Пятница ведь, девять утра! Я занимаюсь репетиторством, преподаю историю.
