Росомаха считался одним из их лучших людей в Швеции. Тем, на кого они всегда могли положиться, даже когда идеологические авантюры в стране закончились неудачей. Даже после ареста Йоргена Кранца и Коскинена Росомаха сохранил верность Ульв А/С.
И продолжал работать с ними. До сих пор. Но теперь что-то произошло.
Амид посмотрел на полузасохшие деревья, видневшиеся с другой стороны канала. Серые, голые, со сломанными ветками. Грибок убивал их. Все имело свое время.
Росомаха переступил черту. Они не могли использовать его больше. Амид повернулся к своим спутникам.
— Я согласен, — сказал он. — От Росомахи не знаешь чего ожидать в последнее время. Он взрывоопасен. Один наезд на Йоргена Кранца чего стоит. Даже если Йорген больше не важен для нас, он по-прежнему на нашей стороне. Какую-то поддержку мы все равно должны продемонстрировать ему.
Он сбавил шаг, увидев уток, которые безбоязненно прошли прямо перед ними, и добавил:
— Нельзя больше рисковать с Росомахой. А вдруг он восстанет против нас? Нам надо будет прекратить сотрудничество с ним сразу же, как только мы доберемся до Линн.
Ханнекен кивнул.
— Я возьму с собой Вукацерку. Она примерно одного роста с сестрой Линн, — сказал он.
Бофельт кивнул с угрюмой миной. Амид сдержал улыбку и скосился на него. Шефу явно не нравилась возникшая ситуация. Но Амида не могло не радовать, что все наконец встанет на свои места. Отказываясь сидеть тихо, Росомаха сам заставил Бофельта реагировать.
Амид помедлил немного, но все-таки решил высказать свое мнение, поскольку оба, от кого зависело окончательное решение, присутствовали.
— Я тоже поеду в Стокгольм, — сказал он. — В качестве резерва. Пригожусь, когда Линн появится. Мы не должны упустить ее на этот раз.
Бофельт покачал головой.
— Ты нужен мне в Копенгагене. Ханнекен справится сам, — буркнул он.
— По-моему, лучше всего, если я тоже поеду, — возразил Амид. — Ханнекен сфокусируется на Росомахе. А я позабочусь о Линн. Два дня. Больше нам не понадобится. Тем самым мы избавим себя от будущих проблем.
Он постарался всем своим видом показать, что уверен в собственной правоте, хотя его одолевали сомнения. Ведь сейчас он впервые за все время их совместной работы попытался оспорить слова шефа. В то же время они значительно сблизились за последние полгода. Ни о каком равенстве, конечно, и речи не шло. Но он заметно поднялся в табели о рангах. Стал самым близким для Бофельта человеком.
Его шеф и Ханнекен уехали на такси. Он договорился встретиться с Ханнекеном и Вукацеркой в аэропорту Каструп через два часа, когда они соберут все необходимое. А пока продолжил медленно прогуливаться, но уже совсем в другом настроении. У него словно камень упал с плеч. Развязка явно приближалась. Линн, пожалуй, никогда не представляла большую угрозу для них, но ей раз за разом удавалось выставить его в дурном свете. Из-за нее он уже неоднократно выглядел неспособным выполнять свои задачи и опасался в результате потерять положение самого близкого человека Бофельта. Теперь же Бофельт доверил ему разобраться с этой проблемой.
Найти окончательное решение.
Солнечные лучи, пробиваясь сквозь туман, отражались в канале. Смотря на искрившиеся узоры, которые появлялись на воде, он подумал, что последние события удивили шефа и Ханнекена не меньше, чем его самого. Сначала Росомаха шантажом вымогал у Йоргена Кранца деньги. А потом внезапно, без санкции с их стороны, похитил сестру Линн. О чем они узнали от него только задним числом. Последний поступок, в худшем случае, мог заставить полицию и Линн начать новое расследование в отношении Ульв А/С, если бы им удалось поймать Росомаху, и найти что-нибудь, связывавшее его с ними.
Доказательств их сотрудничества вроде бы не должно было существовать. Но, учитывая, как Росомаха действовал в последнее время, он мог преподнести сюрприз. Например, собрать компромат на них, чтобы прикрыть себе спину. Или использовать его для покупки освобождения своей арестованной сестры. Но этим предстояло заняться Ханнекену, когда он встретится с Росомахой.
Сам же Амид собирался сфокусироваться на блондинке.
Принцессе Тувстарр.
