Я тоже некоторое время находился под гипнозом этого постулата, пока буквально на пальцах не обмыслил ситуацию.
— Мишка, — спросил я его, — ты помнишь случай с пятикилограммовым образцом?
— Ну и что?
— Если бы я вдруг захотел его уничтожить, как только он выпал в спальне, я мог бы это сделать?
— Ну, мог бы…
— А мог бы я, ведь образец уже был в наших руках, отговорить тебя делать еще один? Что было бы?
— Не мог, — твердо сказал Мишка. — Откуда бы он тогда взялся?
— А тебе не все равно откуда? Он ведь был у нас в руках.
— Что-то я тебя не пойму, Юрка…
— А вот здесь как раз причиной явилось бы следствие. Образец уже, был, и от этого факта трудно отказаться.
— Но ведь, если бы я его не сделал… Постой-постой… И что ты предлагаешь?
— Пока ничего. Дай мне время описать это математикой. Скажем, завтра приходи или свяжись со мной по компьютерной связи. Так пойдет?
— Хорошо.
Прошло еще две недели, и меня выписали из клиники. Рыжие боги подарили мне индивидуальное кресло-коляску с электроприводом от аккумулятора, самоходную то есть. И я, естественно, активно включился в работу.
Проект «Путаны» был уже готов примерно наполовину. За основу был принят трехсотсильный грузовик американского производства, однако раму его и вообще все остальные детали предполагалось выполнять у нас в России из титановых сплавов, применяемых в самолетостроении. Двигатель и коробку передач также предполагалось выполнить из титана и его сплавов. Дорогой получался механизм, зато общий вес при этом снижался почти вдвое. Однако последующие дополнения, особенно транспортные электромагниты, половина которых при старте срезалась закрывающимся «окном» и потому «Путана» должна была комплектоваться запасными для обратного старта, сводили почти на нет эти ухищрения с экономией общей массы.
Вместо изящной конструкции, описанной Гербертом Уэллсом, выходил неуклюжий монстр. Утешало только сознание того, что первые самолеты, автомобили и паровозы тоже выглядели неказистыми.
Озерса прямо передергивало от внешнего вида «Путаны», но и от конструкции «Султана» он тоже не был в восторге.
— Поскольку у нас на Земле вы за пятнадцать тысяч лет не смогли обнаружить алмазила, — успокаивал я его, — приходится, естественно, чем-то жертвовать. Главное — не форма, а содержание. К тому же, как я понял, ваша установка могла покорять только пространство, но не время. Думаю, что позже вы усовершенствуете этот аппарат…
— Только это меня и успокаивает, — ответил Озерс.
Наконец строительство было завершено, и наступил этап испытаний. Мы с Мишкой высказывались за то, чтобы сразу податься в Атлантиду, боги так рисковать не желали. Мы, впрочем, не очень-то и прислушивались к рыжим оппонентам. Поддержала нас одна Галка. В путь мы решили отправиться втроем. Меня в кабину погрузили вместе с креслом, для чего потребовалось выкинуть одно из сидений. Пилотировал Мишка. Надо ли говорить, что в компьютер теперь просто вводились координаты нужной точки на земном шаре и «окно» именно в этой точке и открывалось.
В общем, Мишка привел в рабочее состояние бортовую энергостанцию и создал «окно» в заданных координатах. «Окно» показало нам морские волны, вернее, океанские. Теперь наступило время темпорального поиска. Хотя мне все время хотелось вмешаться или подсказать Мишке что-либо, я старался, порой изо всех сил, держать язык за зубами: сегодня его день и портить Мишке настроение я не хотел. Он и сам все прекрасно знал.
— Миша, — нарушила молчание Галка, — на «окно» не повлияет падение астероида?
— Не должно, — кратко ответил Мишка.
— Знаешь, — сказал я, обращаясь к Мишке, — я уже, видимо, дописался, мне все время хочется говорить возвышенными словами. Вот ты, например, сейчас ответил: «Не должно», а я ловлю себя на мысли, что хочу добавить: «…ответил отважный первопроходец».
Все трое мы дружно засмеялись. Наконец «окно» едва не погрузилось в океанские волны: видимо, уровень воды резко повысился.
— Сейчас… — сказала Галка.
Затем за «окном» стало твориться черт-те что: небо потемнело, неизвестно откуда взявшийся пар стал клубами втягиваться в океанские пучины, затем, словно неохотно, из воды полезли странные горообразования, втягивающие в себя потоки лавы. Внезапно небо посветлело, а горы исторгли из себя раскаленный и, судя по всему, очень большой, ярко светящийся кусок породы, унесшийся за пределы видимости «окна» с огромной скоростью.
— Астероид, — прокомментировала вполголоса Галка.
И буквально в следующее мгновение мы увидели в «окне» сушу, покрытую зеленой растительностью.
— Стоп! — скомандовала Галка. — Теперь, Миша, отсчитай от этого мгновения 14 месяцев, и мы прибудем в самый раз.
