- Да, ты просто отчаянная домохозяйка, - я улыбаюсь и смотрю на Шрама. – В моей кухне
в последний раз было так чисто, когда я готовилась ко дню рождения мамы.
- Я задумался, - саркастически протягивает парень. – Не сомневайся: мытье твоей посуды
не доставило мне колоссального удовольствия.
Смеюсь вместе с Кирой, беру пальто Макса, и мы, наконец, выходим из квартиры.
Когда мы садимся в машину, на улице уже темно. Я отказываюсь ехать спереди, потому
что ещё чувствую себя не комфортно в автомобиле, и поэтому усаживаюсь сзади. Меня
посещает странная мысль: откуда у Стаса и Максима столько денег? Не каждая семья
может позволить себе две машины, но я быстро отбрасываю эти вопросы. Их семейное
благосостояние - не моё дело.
Вскоре я узнаю, что Кира живет в десяти минутах езды от моего дома. Это цепляетещё
больше: она всегда была так близко, но я этого попросту не замечала. Выдыхаю и смотрю
в окно. Хочу запомнить дорогу.
- Ты как? – Шрам поворачивает ко мне голову. – Хорошо себя чувствуешь?
- Да, всё отлично. – Мы ждем Киру уже пять минут, и я нервно мну ладони. Из головы не
выходит разговор с подругой. Мне кажется, что я близка к разгадке, и в то же время, я
ощущаю непреодолимую пропасть между вопросами и ответами. – Можно спросить тебя?
- Конечно. Спрашивай.
Итак, финальный аккорд.
- Я же была в твоей стае, так ведь?
- Ну, вообще-то, - встретившись со мной взглядом, Стас запинается и выдыхает. – Да, Лия.
Была.
Моё сердце падает. Я слышу его бешеный стук и медленно закрываю глаза. Мои опасения
подтвердились, и больше нет смысла отрицать очевидное. Пазлы становятся на свои
места, картинка восстанавливается.
Итак, я была членом стаи, я участвовала во всех противоправных действиях, и я
ответственна за свои поступки. Теперь ясно, почему Карина боялась меня, и известно, от
чего родители так рьяно стараются скрыть моё прошлое.
- Пребывание в стае как-то связано с моей амнезией? – тихо интересуюсь я. – Падение со
здания – это результат испытания, инициации?
- И да, и нет, - аккуратно отвечает Шрам. – На самом деле, ни я должен тебе об этом
рассказывать.
- А кто?
- Лия, - парень серьёзно хмурится. – Пойми меня, я не имею права вмешиваться. Потерпи, и ты узнаешь правду. Я уверен, что этот человек сам скоро придет к тебе, и вам придется
серьёзно поговорить.
- То есть ты не скажешь, кто он?
- Нет. Я не могу.
Я ценю людей, которые могут держать секреты, и поэтому не продолжаю расспрашивать
Стаса. Конечно, в глубине души, мне хочется узнать ответ на вопрос, но почему-то сейчас, мне кажется, что я и так достаточно для себя открыла.
Я не знаю, когда приходит Кира. Положив голову на кресло, я внезапно теряюсь в
пространстве и засыпаю. Признаться, это отличный выход из моего положения: думать
стало больно.
Когда мы приезжаем, меня будит Стас. Он специально долго сигналит и протягивает моё
имя. Я раздраженно открываю глаза и зло смотрю на парня.
- Жить надоело? – сонно хриплю я, на что Шрам лишь улыбается. Он отдает ключи Кире, и выходит из машины.
- Одевай, - блондинка протягивает мне шорты. – Ты спала так безмятежно. Наверно, очень
устала.
- На самом деле, нет. От чего мне уставать?
- От работы мозга, - язвительно отрезает Кира и наблюдает за тем, как неуклюже я
нацепляю шорты. Это очень трудно сделать, так как я до сих пор чувствую ноющую боль в
плече и не могу сильно согнуться. Но, в конечном счете, мои джинсы становятся
ненужными, и я облегченно выдыхаю.
- Слава Богу.
- Идем.
Кира выходит из машины, дожидается, пока вылезу я, и закрывает автомобиль. Мы
проходим несколько шагов вперед, прежде чем я начинаю осознавать происходящее
вокруг. Здесь нет толпы, нет людей, кажется, что набережная вымерла. Вокруг лишь
темнота, фонари и звезды.
- Мы точно приехали по адресу? – неуверенно интересуюсь я и поправляю шорты. Давно
ничто так не обтягивало мою задницу. – Здесь подозрительно тихо.
- Вечеринка проходит внутри, а не снаружи.
Я киваю, и следую за блондинкой. Кира надела короткое красное платье. Едва ли оно что-
то прикрывает, но ей безумно идет. Кожаная куртка закрывает плечи, сапоги прикрывают
щиколотку. Всё так гармонично и сбалансировано, что я невольно начинаю завидовать.
Когда мы входим в бар, меня одолевает странное чувство де жавю. Но теперь я знаю
почему.
Свет взрывается передо мной фейерверком, толпа подростков появляется перед глазами, и
я ощущаю тепло, которого мне не хватало на улице. Меня охватывает атмосфера свободы
и безнаказанности. Уверена, некоторым из присутствующих ещё нет и восемнадцати. Но
все без исключения держат в руках по кружке пива, или по рюмке виски. Я прохожу
глубже и замечаю Шрама. Он уже стоит возле барной стойки и общается с двумя
молодыми парнями. Те следят за его жестами так заворожено и влюбленно, что меня
начинает пугать подобная верность. Из колонок рвутся наружу басы, музыка опьяняет и
отрезвляет одновременно. Я уже чувствую, как начинаю двигаться в такт мелодии,
непроизвольно, случайно, но мои шаги ступают точно на вторую долю, и я ничего не могу
с собой поделать.
